Книга Я еще не царь. Книга #25, страница 108 – Сириус Дрейк

— Теперь руби дрова! — кивнул Толстой на огромную гору поленьев.

— Когда вы меня будете учить⁈ — поинтересовался Антон.

— Когда придет время. Сейчас у тебя куча плохих мыслей в голове. Тобой движет не то, что требуется сильному человеку…

— Хотя бы объясните, зачем рубить дрова? Дыхалка у меня хорошая. Мышцы спины крепкие…

— Крепкие, говоришь?

Лев Николаевич подошел к Есенину-младшему и похлопал его по спине. Парня буквально вбило в землю с первого удара.

— А говоришь, крепкий… — фыркнул Толстой.

Саша же продолжал смотреть. Антон никак не должен был оказаться тут! Неужели, Толстой теперь его учитель?

Через час, когда все поленья были разрублены, они вернулись в дом.

Саша в мгновение оказался у окна и заглянул внутрь. Там его брат вместе с Львом Николаевичем готовили завтрак на печи.

— Если уж ты решил стать сильнее, — говорил Толстой. — То действовать будем по моим указаниям, Антоша. И никак иначе.

— Я готов.

— Да не готов ты, сынок, понимаешь? Не готов! Сперва надо выгнать из тебя всю эту дурь! Твой отец замечательный человек. Я знаю его много лет! И Саша, брат твой, тоже хороший! Немного импульсивный, но он всегда был за добро! Но у каждого свой путь, и не стоит тебе равняться на кого-то, если хочешь стать лучшим в чем-то! Ты сам творец своей жизни. Да, можно поглядывать на других, но не подражать, а делать выводы. Все же то, где ты сейчас, это исключительно череда твоих решений и действий. Разве не так?

— Так.

Александр сел на скамейку под окном и продолжал слушать наставление мудрого старика. Да, все это было хорошо. Но, как и сказал Толстой, каждый сам вершит свою судьбу. И у Александра была своя цель, которая никому не подвластна, кроме него.

Но как бы ему ни хотелось, он не мог напасть сейчас. Не при брате. Нельзя, чтобы он увидел его таким монстром. Даже если это для всеобщего блага.

— Так что у нас с тобой долгий путь, — продолжил Толстой. — Но я тебе обещаю, как только ты поймешь, в чем настоящая сила, ты станешь одним из сильнейших! Прямо, как твой брат!

— Может, как Владимир Кузнецов?

— Хм, Володя? — ухмыльнулся Толстой. — Интересное желание…

Резко двинувшись к окну, он открыл его и выглянул на улицу. Снаружи никого не было. Даже снег остался целым.

— Лев Николаевич? — удивился Антон.

— Показалось, — выдохнул Толстой и закрыл ставни.

* * *

Байкал.

Мы были готовы к небольшому приключению. В доме имелась теплая одежда, валенки и лыжи. Даже на Кицуню нашелся теплый костюм. Как раз под цвет его шерсти. И дырки для хвостиков имелись.

Юлий все восхищался тем, как тут красиво, и практически все время был на улице.

И хоть у Светы были только примерные координаты той странной пещеры, мы с Лорой запросто найдем все, что скрыто в округе.

Вышли мы утром. Решили не идти в день приезда, так что остаток вчерашнего дня мы расселялись, готовили шашлыки и просто отдыхали.

Честно, я ждал подвоха. Если не выскочит какой-то приспешник хаоса, то хотя бы вампир. Если не вампир, то какой-нибудь недовольный аристократ и прочие неприятности. Такое ощущение, что меня могли достать из любой части страны. Но нет. Все обошлось.

Утром мы позавтракали, оделись и пошли в лес. Сперва ехали на сноубайках. И как оказалось, Арнольд и Виолетта не умели кататься. Пришлось Виолетте сесть к Свете, а здоровяку к Вике. Так и поехали. Кицуня скакал все время рядом, ловко передвигаясь даже по глубокому снегу.