Книга Я все еще не князь. Книга #15, страница 108 – Сириус Дрейк

Атос, славившийся любовью к алкоголю, наклонился и тихонько произнес:

— Это какой-то запредельный уровень…

Он намекал на несколько литров горячительного, которые каждый взял с собой из ресторана.

И как итог, к утру у них было энергетическое истощение, из-за того, что тело просто не справлялось с выведением алкоголя из организма.

К удивлению д’Артаньяна, Сергей Есенин раздухарился, и они вместе с Пушкиным весело кидали бутылки в небо, кто дальше. И по началу представитель Франции даже боялся, что они загрязняют окружающую среду. К тому же об осколки банально можно порезаться. Но как только оба аристократа кинули бутылки, а те, сверкнув в небе, исчезли, то и вопросы к загрязнению природы тоже пропали.

Даже вечно недовольный Лермонтов к утру повеселел и начал призывать разных мертвых животных. Как он объяснил, для компании. В основном, это были куриные кости, которые выкинули в мусорные баки.

Д’Артаньян с приятелями даже улыбнулись, наблюдая, как небольшая армия куриных косточек, окружив компанию в кольцо, сопровождала их.

И только под утро они решили двинуться в Дикую Зону. Пьяные.

Теперь же у д’Артаньяна началось похмелье, как и у мушкетеров. Но Есенин и его компания посчитала, что четыре француза создают приятную атмосферу приключений со своими витиеватыми пируэтами во время боя. Лермонтов сказал, что они довольно забавно машут шпагами, а Пушкин рассмеялся, когда увидел, как четверка кромсала сильных монстров.

— Послушай, я понимаю, тебе страшно, но можешь расслабиться. Все же с вами я, так что никто не пострадает, — гордо произнес Пушкин, ткнув в себя пальцем.

Лермонтов закатил глаза и простонал.

— Что такое, Миша, — тут же поинтересовалась Люся. — Живот?

— Все же нахождение Пушкина рядом со мной убивает во мне нервные клетки куда быстрее, чем должно… — ответил тот.

— Я бы обиделся, — произнес Александр Сергеевич, — если бы ты хотя бы раз меня победил…

— Болван, мы никогда не сражались друг против друга в полную силу, — хлопнул себя себя по лбу Лермонтов. — Но да, спарринги ты выигрывал, поздравляю…

Поначалу французскому представителю казалось, что Пушкин просто напыщенный взбалмошный тип. Да сильный, а кто тут слабый среди этих Имперцев? Даже одного из них хватит, чтобы захватить маленькую страну или стереть с лица тот же Марсель.

Но когда они подошли к пещере, шутки кончились и команда стала куда серьезнее. Это чувствовалось в воздухе. Атмосфера была гнетущей.

— Он стал сильнее, — первая сказала Люся.

— Это проблема? — удивился Пушкин, но все же немного похрустел костяшками.

— Да, Саша, еще какая, — поежилась Люся.

Все достали мечи.

Есенин взмахнул рукой, и огромная плита отъехала, вот только никто не ожидал, что оттуда выпрыгнут толпы чудищ, окутанные черной дымкой.

Однако все моментально среагировали и отпрыгнули в разные стороны. Началась довольно затяжная и изнурительная битва, в которой группа Имперцев не продвинулись ни на шаг вперед.

Д’Артаньян с товарищами находился чуть позади остальных, добивая остатки тварей. Они были сильны, и если другие могли справиться с врагами в одиночку, то д’Артаньяну и трем мушкетерам сложно было противостоять даже двум монстрам сразу.

В какой-то момент из глубины пещеры вылетело черное копье и, проткнув несколько монстров, едва не задело француза. Спасибо Лермонтову, который успел отразить атаку мечом.