Книга Я уже граф. Книга #7, страница 83 – Сириус Дрейк

— Марк ни в чем не виноват. По крайней мере, я надеюсь. Это был его отец.

— Вот как… Мне надо позвонить!

— Нет, я сам разберусь. Ваши ребята и так помогли защитить деревню и Борю. Трубецкие моя головная боль.

— Но как же…

— Маша, дорогая, это мои проблемы, на меня же напали! Лучше скажи, что ты хочешь на завтрак?

— Ну если что, Миша, ты скажи… — вздохнула Кутузова и, улыбнувшись, добавила: — Блинчики с кофе и яичницу! Только у тебя так вкусно получается…

— Понял, — наградил я ее еще одним поцелуем и пошел к плите.

* * *

Частный сектор г. Широково.

Дом графа Трубецкого

Настроение у Юрия Анатольевича Трубецкого было просто прекрасным. Утреннее солнышко мягко грело даже сквозь панорамные окна. В воздухе пахло вкусным завтраком, который приготовили слуги в ожидании пробуждения графа.

Он сладко потянулся в кровати и погладил по бедру спящую любовницу.

Ночка была та еще, да и утро тоже. Ох, как же он ночью попотел. Буквально накануне, как раз после разговора с Бердышевым Трубецкой решил скинуть пар и заказал пару дам для приятного вечера.

Граф перевернулся к еще одной обнаженной красавице. На прикроватной тумбочке лежала коробочка «Богатырская силы: Позавидуют даже три богатыря». В эту ночь он принял две капсулы и остался вполне удовлетворен, как и девушки.

Досматривать ночные сражения Универсиады он не планировал, ведь сын стал финалистом. Да, не без помощи Нахимовой и Кутузовой, но все же парень сражался очень достойно. Весь в отца.

Юрий Анатольевич перелез через даму, напялил халат и немного постоял у окна, даже не запахнувшись.

Жизнь била ключом! Его сын прошел в финал, в отличие от отпрыска Бердышева. За ночь Трубецкой оприходовал двух девиц. Его люди уже должны разгромить этого мелкого баронишку, который у всех как бельмо на глазу.

Как говаривала покойная маменька: «Юра, запомни. Сделал гадость — на сердце радость». И у него радости сейчас хоть отбавляй.

— Надо бы узнать, как там дела, — пробубнил он себе под нос, вспомнив про нападение на Кузнецова, запахнул халат и пошел вниз.

В этот раз Трубецкой поставил телефоны на беззвучный, чтобы ночью его никто не беспокоил.

— Доброе утро, господин! — поклонились две красивые горничные в беленьких передниках и чулочках.

Он вальяжно прошел к длинному каменному столу, заставленному разными явствами.

На краю дожидалась газета.

Сначала граф проверил рабочий телефон. Никаких сообщений от командира отряда.

«Значит все гладко» — подумал Трубецкой. О проблемах ему бы доложили немедленно.

Следом он взял домашний, а там имелись несколько пропущенных. От жены.

— Да, дорогая, что случилось? — максимально нежным голосом сказал граф.

— Юра, Крыжовников так и не приехал! — недовольно фыркнула его любимая вторая жена Тамара. — А мне надо на ноготочки!

— Ну так позвони ему, в чем проблема? Наверняка спит. Ночью у него была операция, — пожал плечами граф и закинул в рот блинчик с икрой.

— Нет, он не приехал! — фыркнула она. — Прислуга бегала за ним. Никто не приехал! Разберись, пожалуйста, милый, у меня через час запись!

— Ладно, — протянул Трубецкой и отключился.

Хоть он и любил своих жен, и Тамару в особенности, так как она была самая молодая, а еще победительница конкурса «Мисс Москва Родимая» до кучи.

— Кофе, побыстрее, — поторопил он слуг, и те организовали большую чашку. — Та-а-ак…