Книга Я почти граф. Книга #6, страница 25 – Сириус Дрейк

— Боюсь даже представить, как себя чувствуют генерал с адмиралом… — сказал я.

— Ох, не волнуйтесь, с этими двумя точно ничего не будет. Вы же, наверняка, от Островского? Этот такой же кремень, как и остальные, — махнул он рукой. — Хотя, признаюсь, не ожидал увидеть вас в этом месте… По крайней мере, в такую рань.

— А что в этом особенного? — удивился я.

— Война, дело растяжимое…

Вот и от него слышу, мол, воевать надо долго.

Хотя я не сторонник затяжных боевых действий. Зачем? Только переводить имущество, технику, да и верных людей терять. Не легче ли просто убрать босса, и все? Говорить вслух я этого не стал. Что-то подсказывает, Газонов и сам прекрасно это понимал.

— Не хотите ли пообедать со мной? — вдруг сказал Алексей Октябринович. — У меня есть парочка интересных стихов, Михаил.

— Ох, Алексей Октябринович, вы знаете, как меня подкупить, — слукавил я, больше заинтересовавшись знаменитым рестораном при Канцелярии. — Ведите. Надеюсь, вы не возражаете, если моя спутница будет со мной?

— Конечно, прошу прощения, милая Надежда, — он склонил голову и поцеловал ей руку. — Я буду очень рад, если такой очаровательной особе понравятся мои стихи.

Девушка тут же покраснела, засмущалась и что-то пролепетала.

— Надя, Алексей Октябринович читает изумительные стихи. Уж поверь, я слышал, и это было нечто.

И это чистая правда.

— Разве я могу отказать вам двоим? — улыбнулась она, и мы направились за графом.

По пути он рассказывал про наше знакомство в летнем кафе, где он так восхищался «моими» стихами.

— Меня знаешь что удивило? — вдруг ожила Лора.

— Ну?

— Он знает имя Надежды.

Хотя мне казалось, что ничего удивительного в этом нет. Они все крутились в одних кругах, да и насколько я помню, родители Нади тоже не последние люди.

Мы прошли через несколько постов охраны. У нас не спросили ни пропуска, ни разрешения, вообще ничего. Если кто-то пытался встревать, то под мягким взглядом Газонова, вопросы мигом отпадали, и мы шли дальше.

И вот наша троица оказалась в знаменитом ресторане Имперской Канцелярии.

Интерьер за порогом поражал любое смелое представление о роскоши. Даже столовые приборы были сделаны из золота.

Официанты наверняка мелкие аристократы, повара лучшие в своем деле профессионалы. Это было заметно по открытой кухне, где они мастерски орудовали кухонными принадлежностями.

Мы сели за столик с именем «А. О. Газонов», перед нами уже лежали меню, занимающие всего один разворот плотной дорогой бумаги.

— У вас даже столик свой? — удивился я. — Красиво!

— Да, дослужился до того, что выделили отдельное место, — скромно сказал Газонов. — Прошу прощения, не поздравил вас с красивой и фееричной победой! — он пару раз даже хлопнул в ладоши.

— Благодарю, — кивнул я. — Скажите, почему студентки посчитали меня какой-то звездой? Разве моя победа сегодня ночью такая редкость?

— Хм, — он ненадолго задумался. — С чего бы начать…

— Позвольте я вмешаюсь, — подняла руку Надежда, и мы удивленно уставились на нее. — В первую очередь из-за прямого эфира и разоблачения Налимова.

— Верно, — подметил Газонов. — Но, кстати, попрошу учесть, что про вашу победу в войне еще не сообщили в СМИ.

— Уверены? — приподняла бровь Надя.

— Поверьте мне, — он странно усмехнулся, как будто мог решать подобные вопросы. Хотя, кто его знает… Может, и мог. — А еще вчерашний вечер. И не забывайте ваш отбор на Универсиаду. Плюс победа в нескольких номинациях. Награждение самой Екатериной Петровной, и слухи о том, что вас видели вместе…