Книга Я уже барон. Книга #2, страница 61 – Сириус Дрейк

— Кузнецов слушает, — раздался голос барона.

— Здравствуй, Виктор, — поздоровался я. — Это Михаил.

— Миша…– Он осекся, но тут же взял себя в руки. — Здравствуй! Как у тебя дела? Как доехал? Слышал у вас прорыв? Ты не пострадал?

Вопросы сыпались градом, я только и успевал отвечать. Видимо барон забылся, что я всего лишь «клон» его сына. Ну и ладно, человек он хороший. Почему бы и не скрасить последние деньки старика?

— Я познакомился с хорошими ребятами, — сообщил я, чувствуя себя школьником. — А так, тут довольно весело.

— Ну и отлично! — радостно воскликнул барон. — У тебя дело ко мне?

— Да так. Просто спросить, как у тебя дела?

— Все отлично! Спасибо, что позвонил. Мне это очень важно!

Мы перекинулись еще парой фраз и распрощались. На душе сразу стало как-то спокойнее.

Я уже поднимался по лестнице, как по всему институту затрещали динамики.

«Студент Кузнецов, зайдите к заместителю директора Звездочету, повторяю…»

— Что им нужно? — удивился я.

— Без понятия, — задумалась Лора. — Может, собирают отчет о происшествии в метеорите? Или хотят посмотреть твоего питомца?

Болванчик оторвал от запястья лапку и помахал мне. В ответ я погладил его по круглой голове.

У кабинета я оказался в мгновение ока. Пару раз постучался, мне сразу ответили.

— Входи, Михаил, — суровым голосом сказал Звездочет.

В кабинете помимо него была Ермакова. Магичка сидела у журнального столика и пила чай.

Кабинет выглядел куда приземленнее, чем мне не казалось. Самая простая мебель. Шкафы словно привезли с моей Земли. Сервант с орденами и наградами. В углу сверкало начищенное оружие. Звездочет сидел за простым, но надежным столом. Перед ним стоял диван и столик.

— Михаил, ты знаешь, по какому поводу я тебя вызвал? — тут же спросил он.

— Не имею понятия, — честно признался я.

Они с Ермаковой как-то странно переглянулись.

— Присядь. — Он указал на стул напротив стола.

У меня было какое-то дурное предчувствие. Атмосфера давила.

Ермакова молчаливо пила чай и изучала меня взглядом.

— И зачем меня вызвали? — сказал я.

Но замдиректора не спешил. Налил полную чашку из самовара, протянул мне. Затем налил себе.

— Может баранок, Михаил? — предложил он.

Даже Лора, которая села рядом с Ермаковой, как-то недобро хмыкнула.

— Нельзя ли ближе к делу, Алефтин Генрихович? Мы с друзьями собрались вечером в ресторан. Отметить, так сказать, завершение прорыва.

— Боюсь, с этим у вас будут проблемы, — сухо проговорила Звездочет. — Скажите, вы знаете, кто такие Перельман, Панасенко, Чижов и Извольская?

— Кроме последней, никого не знаю, — помотал я головой. — А должен?

— Михаил, — многозначительно поглядел на меня замдиректора. — Мне кажется, вы лукавите…

— Ох, ну началось! — простонала Лора. — Сразу видно, работал в каком-нибудь сыскном отделе дознавателем. Вопросики-то наводящие!

— Послушайте, Алефтин Генрихович, — наклонился я к столу. — Давайте не будем играть в эти игры. Вы прямо скажете, что происходит?

Ермакова захихикала у меня за спиной.

— А я говорила, не надо в эти твои игры, Алефтин! Предупреждала! Михаил совсем не прост.

— Что происходит? — еще раз спросил я.

— Ладно, Михаил, — сдался Звездочет и облокотился на спинку кресла. — Пару часов назад четверо студентов заявили, что ты на них напал.