Книга Это кто переродился? Трилогия, страница 60 – Сириус Дрейк, Александр Артемов

— Я видел… — бормотал он на ходу. — Я видел Того Самого…

Этого труса увели, и маг приглашающе оглядел испытуемых, но никто и не подумал сдвинуться с места. Я тоже пока не торопился, ибо мне было жуть как любопытно, сколько продержится следующий бедолага.

Знали бы они, кому раньше принадлежали эти комнаты… Мне, конечно же. Похоже, эти воришки разобрали все ценное по кирпичику и приволокли сюда. Только и могут, как тащить даже то, что накрепко прикручено к полу.

— Ну что же вы? — оглядел маг наши нестройные ряды. — Или все же по спискам вызывать? Хорошо… Герасимов!

Высокий мускулистый парень отважно перешагнул порог и дверь закрылась за ним. Следом назвали еще девять человек, в числе которых оказалась и Марьяна Попова.

— Главное, ничего не бойся, — шепнул я, а она, кивнув, зашла в комнату. Стоило ей скрыться за дверью, как рядом вывалился до чертиков перепуганный здоровяк.

— Пауки! — застонал он, отряхивая с себя несуществующих паразитов. — Пауки!!!

— Сколько, Пафнутий? — согнулись маги над секундомером. — Минута пять секунд? Уже лучше, но, увы, до десяти минут далековато!

На его место тут же поместили девушку. И едва дверь закрылась, как она вылетела из комнаты как пуля:

— Мамочки! Змеи!

— Эх вы, молодежь! — покачал головой седой маг. — Что же вы все такие хиленькие? А вот в наше время…

Я вздохнул. Дальше было совсем неинтересно. Двери хлопали, а испытуемые выбывали один за другим. И лишь один из семи смог просидеть там дольше пяти минут. Я же стоял в углу и наблюдал за той комнатой, где сидела Марьяна. Время уже подходило к десяти минутам, а там было тихо.

Молодец. Вижу бабушкину кровь.

— Обухов Иван Петрович! — назвали мою фамилию, и я пошел занимать свое место.

Жаль, хотелось встретить Марьяну с победой.

Уже у порога мой мизинец задергался.

— Чего ты? — буркнул я, опустив глаза. — Страшно?

— А тебе нет?..

Вздохнув, я повернулся к магам.

— А какой рекорд сидения в этой комнате?

Белобородый улыбнулся.

— Сорок минут. Так, Пафнутий?

Тот кивнул.

— Принадлежит самому верховному магу Марципанию, — кивнул Бонифаций. — Он поистине бесстрашный человек! Вам, юноша, и десяти минут за глаза хватит!

Входя в комнату, я вспомнил один интересный факт. Дарья в свое время просидела на этой соломе три часа.

Дверь за моей спиной закрылась, оставив меня в полной темноте.

* * *

За дверью № 11.

Марьяна.

— Голову с плеч! — раздался истерический вскрик, и по полу покатилась отсеченная голова. Затем на эшафот поволокли еще одного обреченного. Снова поднялся окровавленный топор палача.

— Голову с плеч! — крикнула королева, сидящая на троне. В ее руках был бокал, в котором плескалась алая жидкость. Такого же цвета как и ее губы.

Топор сверкнул, и в сторону отлетела еще одна голова. Королева расхохоталась, а на эшафот завели еще одного. За ним своей очереди ждали еще несколько приговоренных к казни.

— Казнить! КАЗНИТЬ!

Королева хохотала, палач рубил и рубил, а головы сыпались одна за другой. Скоро их стало так много, что они образовали огромную гору. На ее вершине и уселась королева. Отняв кубок от губ, она слизала с них кровь.

— Эй, а ты чего там стоишь? Поднимайся ко мне! — и она поманила крохотную фигурку, застывшую внизу — у самого основания горы отрубленных голов. — Или ты хочешь присоединиться к ним? Хочешь так и остаться трусихой?