Онлайн книга «Это кто переродился? Трилогия»
|
— Она же даже не острая! — заметил я, коснувшись пальцем острия своего «инструмента». Продавец с надеждой посмотрел на меня, но Марьяна была непоколебима: — Тебе кого на церемонии колоть? Это чисто ради вида. С боевым оружием туда все равно не пускают. Дуэли в стенах Арканума запрещены! Выложив деньги, мы направились на выход. У самых дверей я обернулся, и в последний раз поглядел на копию своей чешуи. — Украдена, говоришь… — прошипел я и вышел в глубоких раздумьях. * * * Пообедав, мы направились в ателье через дорогу. Витрина была совсем скромной — и не скажешь, что здесь одевают для каких-то серьезных мероприятий. Называлось заведение «Золотая игла». Так-с… — Бабушка знает, где одеваться, — сказала Марьяна, когда мы подошли ко входу. — А еще ценит тех, кто умеет хранить секреты. Несмотря на название, внутри все было довольно броско — конторка, а за ней развешена куча одежды. Колокольчик над дверью звякнул, и к нам выбежал лысый коротышка в костюме-тройке. — Ах, Марьяна Васильевна, добрый день! Как вы поживаете? Как бабушка? — Альберт, все хорошо, спасибо, — смущенно улыбнулась она. — Завтра важный день, и нам с другом нужно одеться так, чтобы не ударить в грязь лицом. — С другом? А бабушка знает?.. — деловито приподнял он бровь, но Марьяна проигнорировала этот вопрос: — И еще… Неплохо бы сделать так, чтобы на меня не пялились. Наказ бабушки. Тот кивнул и улыбнулся. — Это будет непросто, Марьяна Васильевна, но я сделаю все, что в моих силах. — Благодарю. Ты мои мерки знаешь, а вот моего друга… И она кивнула на меня. Подкрутив ус, коротышка осмотрел меня сверху донизу. — Работы будет много, — заключил он, проводив нас в рабочую комнату с зеркалами, ширмами и кучей вешалок с одеждой. — Проходите. По щелчку его пальцев отовсюду вылетели нитки, мерные ленты, пара тканей, а также десяток иголок — они и вправду были золочеными — и всей братией закружились вокруг нас. Мне это позабавило. Как только не изощрялись во владении магией эти люди… Через пару минут Марьяна вовсю вертелась перед зеркалом то в одном, то в другом платье. Я же страдал — на мне волшебным образом «нарастал» чересчур узкий брючный костюм. Его, стежок за стежком, сшивали прямо на мне. — Ах, зараза! — зарычал я, когда Альберт затянул на мне какую-то шелковую удавку. — Что такое? — прищурился коротышка. — Цвет не нравится? А как насчет черного? — Ваня, не дергайся! — повернулась ко мне Марьяна. — Галстуки все носят. — Их все носят⁈ Одна удавка сменяла другую, а меня только начинали мучить. На пару с Марьяной они выбирали расцветку галстука, форму запонок, ремень, туфли… — Почему нельзя пойти в моих ботинках? — Ты их видел? — и Марьяна кивнула на мою пару, лежащую в углу. На пятках были дырки. — Альберт, давай попробуем розовый… Тут я не мог смолчать: — Только попробуй, и эти иголки заштопают все отверстия в твоем теле! Где-то глубоко-глубоко в моей голове послышалось хихиканье. — Ага, проснулся-таки, — буркнул я себе под нос. — Выйду отсюда, поговорим… А мои мучители принялись «пробовать» еще один вариант. Вдруг звякнул колокольчик, и со стороны входа послышалось: — Человек! Челове-е-ек! Извинившись, Альберт скрылся за порогом. Тут же раздались голоса: — Семен Борисович, добрый день. Вы уже здесь? Кажется, мы договаривались на четыре часа? |