Онлайн книга «Это кто переродился? Трилогия»
|
— А бабушке звонила? — Конечно! И знаешь, что она мне сказала? Ни он первый, ни он последний! А потом поинтересовалась — а кушала ли я! Я хохотнул. В целом, Дарью можно понять. Таких как Игорь у Инквизиции в застенки сейчас десятки, а то и сотни. А их родители все напропалую нынче ошиваются либо в приемной Домны, либо непосредственно пытаются достучаться до Дарьи. Думаю, пока Игоря не обвинили еще в нападении на саму Дарью, нам бы неплохо самим напроситься на прием к моей Королеве, и решить вопрос. — Все без толку, — сказала Марьяна, услышав о моих планах. — Это был наш единственный разговор. Она, кажется, страшно занята… — Для меня Дарья всегда свободна. Девушка же покачала головой. — Можно напроситься к Доминике, но она наверняка потребует залог… — В смысле? Деньги⁈ — А ты думал? Все возможно. Или золото?.. Она улыбнулась. Я же недовольно заерзал на месте. — Шучу-шучу. Бумажки, как ты их называешь, расписные. У тебя есть?.. — и Марьяна вывернула карманы. В них было пусто. — Кстати… И я вытащил из кармана чек. — Знаешь, как нам превратить эту бумажку в много-много других бумажек? Взяв чек, Марьяна удивленно похлопала глазами. Затем посмотрела на меня. — Это что, шутка⁈ Так много! — Нет, — покачал я головой. — Это награда за голову и крылья виверны. Раз нам нужно вытащить Игоря, то нам точно нужно ОЧЕНЬ много денег, а этот чек, вроде бы, способен превращаться в них. — Может… — Ты знаешь, как? — Знаю. Нужно ехать в банк. * * * И вот снова он. Банк «Золотое крыло». Опасный, загадочный и величественный. Приближаясь к нему, я снова ощутил зво тысяч и тысяч монет, что звали меня своими чарующими голосами. Однако внутри здание было каким-то странным, и поначалу мне не удавалось понять, а что же изменилось? Вроде, все также туда-сюда ходит народ, вроде все также на нас с подозрением глядят охранники. Вроде, и кислые мины клерков никуда не делись. Однако… Первой это поняла Марьяна. — Ой… — Что такое? Она показала на пустое место в центре огромного зала. Там было большое темное пятно и углубления от штырей, на которых раньше что-то держалось. — А где памятник дедушке⁈ * * * Где-то во владениях Инквизиции. Семен Зорин очень хотел спать. Глаза слипались, но только он закрывал их, как лампочка под потолком загоралась ярче солнца. С ней спать было невозможно. Колдовать тоже не получалось — всему виной антимагические наручники. Застонав, Зорин схватился за лицо и отвернулся к стене, и тут дверь в камеру раскрылась: — Заключенный 189–677, немедленно откройте глаза! — рявкнул Инквизитор, ворвавшись в камеру. — Меня зовут Семен Зорин, ты наглец! И я хочу спать! В ответ ему прилетела презрительная усмешка. — Вы заключенный 189–677, а Семен Зорин нынче общается со своим отцом. — ЧТО⁈ В руках у Инквизитора появился магический шар. Он вспыхнул, и там показался кабинет, где сидел его отец — Борис Николаевич Зорин, а напротив… — Что за черт⁈ Это же я! Двое встали с кресел и заключили друг друга в объятия. — Сынок! Я так рад, что ты живой! — Папа! Эта душераздирающая сцена еще длилась каких-то пару секунд, а затем изображение потухло. — А поспите вы, заключенный 189–677, только тогда, когда отдадите все золото, которое украли у Короны. — Что⁈ О чем ты? Нет у меня никакого золота! |