Книга Это кто переродился? Книга 5. Финал, страница 199 – Сириус Дрейк, Александр Артемов

«Золотой котел». Здесь прошло практически все его детство, здесь он, проведший многие годы в канализации, всегда чувствовал себя как дома. И теперь все это он вынужден оставить.

— Последний шанс, — сказал Сергей коту. — Мы сюда больше никогда не вернемся.

Кот зашипел. И ни шагу прочь.

Махнув рукой, Сергей кинулся к выходу. Закрыл дверь на все замки — так, будто планировал когда-либо вернуться — и пошагал прочь, не оглядываясь.

* * *

Молот, как был, так и лежал в том переулке.

Проходя мимо, Сергей вспомнил, как еще детьми, они с Машей и Мишей пробовали поднять его, но увы — с ним не мог сладить даже дядя Нагай, а тот был силач хоть куда.

В какой-то момент молот стал даже предметом поклонения — вокруг собирались верующие, чтобы коснуться рукояти и впитать немного божественной силы, что якобы исходила от него. Судя по букету цветов, что лежал рядом с молотом, здесь даже в нынешние темные времена кто-то бывает.

— Сережа, пойдем, — дернули его за рукав. — Эту штуку ты точно не сможешь забрать.

Он кивнул и побежал вслед за всеми.

К счастью, все его опасения оказались напрасными, и до самого залива им не попалось ни души. Оттуда, как обычно, дул ветер. А еще снежинки — они кружились в воздухе, но таяли, едва коснувшись теплой мостовой. Очень весело было ловить их языком. Сергей опять вспомнил детство. Становилось холоднее, и изо рта шел пар.

По пути к ним присоединилась еще одна группа, и они удвоенным составом прошли последние метры — к запретному берегу, где все было обнесено колючей проволокой. Сергею пришлось повозиться с кусачками, прежде чем забор уступил.

Отогнув проволоку, он мотнул головой, и люди посыпались в щель. Пока все они не вышли на берег он не сделал ни шагу — надевал в теплые вещи и все смотрел и смотрел в темноту Под-Города.

Годы власти Большой Мамы научили его быть параноиком, и он планировал оставаться им до самого конца. Нельзя проколоться, особенно в финале «пьесы». Жизни всех этих людей на его совести.

Наконец, последний человек пропал за забором. Сергей последовал за ним и сразу услышал испуганные голоса:

— Плохо дело. Может, не выдержать.

Он подошел к берегу, где толпились люди. Дальше был залив, скованный кромкой льда. Только по нему, в один единственный месяц в году, можно было добраться до Башни. Однако на этот раз погода подвела их. Да, снег шел и немалый, но лед пестрел полыней. Сквозь завывания ветра слышалось опасное похрустывание

— Выдержит, — сказал он и, нахлобучив шапку, спустился вниз. — Все равно обратной дороги нет. Держит. Видите?

И Сергей попрыгал на месте. Затем махнул рукой и, засунув руки в карманы, спешным шагом побрел прямо по льду — вперед, по этому бескрайнему белому насту, окруженному конструкциями головокружительной высоты, вокруг которых, как личинки, лепились здания Под-Города.

Отойдя подальше от берега, Сергей поднял глаза вверх — и увидел над собой край Над-Города, за которым чернело небо с плывущей по нему Луной, испещренной пятнами сверкающих городов. Вокруг нее звезды, огоньки спутников, сияние огней…

Там было все.

А здесь ветер, снежинки и тьма. Вдалеке слышался далекий рокот орудий и грохочущий гул миллионов разумных машин Ганзы, что двигались к ним с севера, а еще рокот от моторов Орды, что подбирались с юга.