Книга Это кто переродился? Книга 3, страница 32 – Сириус Дрейк, Александр Артемов

Двери открылись.

Выползти из-под груды тел, одновременно держа Рэда, оказалось делом нелегким. А тут еще пантера…

— Отвали, тварь! — прошипел я, отпихивая тяжеленную тушу. Кое-как сдвинув ее с места, вывалился с той стороны. Судя по цифре «7» на стене, я был на нужном этаже.

И это было…

— Дай! Дай мне ударить! Моя очередь! Не толкайся!

Поднявшись, я увидел огромную толпу малышни, что, отталкивая друг дружку, пыталась прорваться к чему-то лежащему в середине коридора. Покосившись на вывеску, я вздохнул.

Весь этаж был занят детским инфекционным отделением. И все его население нынче столпилось передо мной.

Казалось, детишки просто играют, однако… Судя по следам крови у них на ручках и под ногами, игра пошла немного дальше, чем планировалось.

Тут одна из малявок обернулась и при виде меня мигом обнажила целый ряд острых зубок.

— Вот еще дяденька! Чур я первая втыкаю в него карандаш!

И с радостным писком мелкая ящерка кинулась на меня. В ее коготках был зажат остро заточенный кусок дерева.

— Бей дядю! — и с этим вскриком она вонзила карандаш мне в ногу. Конечно же, он сломался.

Больно было зверски. Мой Взгляд от этого только усилился. Поглядев на нее как можно строже, я оскалился — во все зубы, что отрасли у меня за это безумное утро.

— Это у тебя игры такие?..

Выражение озорства тут же уступило место страху. Ящерка задрожала.

— Простите…

Остальные, бросив свою «игру», посмотрели в нашу сторону.

— Дядя испугал Машу⁈

— Бей его! — и они кинулись на нас всей толпой.

Рэд же среагировал первым. Вырвавшись из рук, он покатился вперед и оскалился. Его рычание было способно остановить целое стадо. Оно и остановилось — все, кроме одного, самого бойкого пухляша. Сжимая в руке скальпель, ящеренок несся на нас со всех ног. Глаза-щелочки горели жаждой крови.

— Чего вы⁈ Испугались какого-то мя…

Но Рэд уже прыгнул вперед. Бум! — и получив по лбу, парнишка отлетел в руки своих испуганных друзей. Еще раз рыкнув, мяч принялся медленно подкатываться к перетрусившим детишкам. А те окончательно поняли: время игр закончилось. Зубы у Рэда были вдвое больше даже самого зубастого из взрослых ящеров.

Я вышел вперед.

— Так. Теперь играем в прятки. Кто не спрячется, тот будет играть с Рэдом в вышибалы.

И закрыв глаза ладонями, принялся считать.

— Раз… два…

Конечно же, я подглядывал — а дети оказались умнее своего «павшего» друга. Закричав, брызнули в разные стороны:

— Бежим! У дяди злой мячик!

— Ай, куда-куда⁈ Куда спрятаться! Я не люблю вышибалы!

— Ма-ма-а-а-а!

— Три… четыре… пять! Кто не спрятался, тому хана!

Я убрал руки. Коридор очистился за какую-то секунду. На полу остался только тот незадачливый любитель размахивать скальпелями. Думаю, очнувшись, парень сто раз подумает, прежде чем в следующий раз трогать ножики.

А вот дальше лежал их «предмет для игр». Подойдя поближе, я узнал Доминику Кирову, которая, похоже, снова перехитрила саму себя. Ее оружие лежало рядом — огромная боевая коса ростом с саму Кирову. Судя по блестящему лезвию, ей она не взмахнула ни разу.

— Не смогла поднять руку на детишек? — хмыкнул я, присев рядом. — Глупая женщина.

Жилка на шее еще билась, однако на ее теле буквально не было живого места. Дети есть дети — по степени жестокости они даже взрослым дадут фору. Они и повязку с нее сорвали. Золотого глаза не было.