Онлайн книга «Это кто переродился? Книга 3»
|
А вдруг?.. Ведь если принять во внимание теорию этих пьяных идиотов, Ваня вполне мог оказаться родственником Королевы, а значит, его присутствие во дворце уже не выглядит таким странным. В этом свете его внезапное «преображение» вовсе не случайность. В конце-концов, была же такая книжка, где принц скитался в одежде оборванца, чтобы узнать, как живет простой народ? И Марьяна вполне могла… Бух! — и бочонок упал из его разжавшихся пальцев. И прямо ему на ногу. — Сука! — Борис! — окликнула его Ольга, и ткнула в него половником. — Не выражаться на моей кухне! — Простите… Прокляв все на свете, Борис выкатил бочонок в зал, но странные мысли все не оставляли его. Сам факт того, что балбес Ивашка Обухов мог оказаться не просто балбесом Ивашкой Обуховым был настолько невозможным, что в принципе мог быть вероятен. — Нет, это жизнь, Борис, — повторял бармен, поставив полный бочонок взамен пустому. — В жизни принцессы живут в замках, а принцы дерут фрейлин во дворцах, а не шляются по трущобам — так было, и так будет. Не выдумывай… В зале уже все до одного посетители, сгрудившись перед телевизором, продолжали рассматривать каждую черточку на лице принцессы и продолжали гадать — Марьяна ли это, или нет? — Не, точно она! Точно так же хрюкает, когда смеется! Участие в обсуждении не принимали только двое: и оба второй час сидели в углу и пили одно молоко. Вернее, пила его женщина с лицом, полностью перемотанном бинтами, словно у мумии. Ее спутник тоже был примечателен: носил высокий цилиндр, словно вылез из какой-то готической истории. А еще у него был топор, лежащий под столом. Не раз и не два, Борису хотелось как-нибудь избавиться от них, однако проблем они пока не создавали. Однако по своему опыту он знал — «пока» не значит «никогда». Время уже близилось к закрытию, но посетители совсем не собирались расходиться. В один момент Борис не выдержал, вытащил из кладовки старый портрет Короля Олафа, который он убрал еще в момент смерти этого старого пердуна, водрузил его рядом со стойкой и принялся придирчиво рассматривать. — Борис, а ты чего не выкинул его? Ведь сказали… — Валера, пей свое пиво! — отмахнулся от него Борис, разглядывая портрет. Король Олаф на нем был совсем не молод, бородат, броваст и довольно жирен. Художник даже польстил ему, ибо в реальности он был толще раза в три. Однако король ж был когда-то молодым? Наверное, в восемнадцать лет не имел ни этих морщин, ни мешков под глазами. Глаза были чуть темнее, а вот брюхо… Борис изо всех сил представил Олафа юным, красивым, восемнадцатилетним, без залысин и с глазами, зелеными как изумруды. И в один момент… Нет, и какой из Вани его отпрыск⁈ Он же… — Борис! Борис! — Да что⁈ — Пиво закончилось. — В смысле? — и бармен повернулся к страждущим. — Я же только что принес вам новую бочку. — Принес. Но полчаса назад. Ты чего все пялишься на этого старого пенька? Раньше надо было, пока он был жив! Скосив глаза на часы, Борис понял, что в самом деле потратил на разглядывание «старого пенька» целых полчаса. Портрет отправился обратно в чулан, а Борис пошел в подвал за новой бочкой. Там его встретила все та же странная картина, которую он наблюдал вот уже две недели. Кот Василий и крыса в клетке. Оба сидели друг напротив друга и, полируя друг друга взглядами, молчали. Крыса почти ничего не ела и не пила, напоминая дырявую варежку с хвостом. |