Книга Это кто переродился? Книга 2, страница 73 – Сириус Дрейк, Александр Артемов

— Да ну? Какое же?

— В Башне, где же еще? — и на губах Королевы возникла еще более довольная улыбка. — Кажется, это самое запретное, секретное и неприступное место в Королевстве, не так ли?

— Именно.

— Кажется, оно настолько жуткое, что даже ваши люди остерегаются подходить к нему близко?

— Вы не ошибаетесь…

— Вот-вот. А если оно страшит даже бесстрашных Инквизиторов Доминики Кировой, почему бы не свести туда все Его золото? Как в былые времена…

— Но это же…

— Символично, именно так. Но там оно будет в абсолютной безопасности, и никакие враги до него не доберутся. Я с удовольствием выделю вам лишний наряд гвардии для перевозки. И охраны.

Кирова помолчала. Ее лицо напоминало каменную маску. Она тоже ужасно не любила делиться своими секретами.

— Это приказ, ваше величество?

— Конечно. Вам мат.

— Вы хотите, чтобы я поверил, что некто выкинул целый медный памятник Королю на помойку? — недоумевал я, всматриваясь в лицо моего злейшего врага. Голову от лишних глаз мы отнесли ко мне в комнату.

— Да… — сказал Коля, немного смутившись. — Мы бы приволокли памятник целиком, но для этого нужно побольше людей. И болгарка.

Я задумался. Звучало, как бред, но зачем Коле врать мне? Да и как-то это не слишком похоже на выдумку. До такого еще поди додумайся, а у Кучерявого с воображением было, как ни крути, туговато.

Ладно, допустим, кто-то действительно выкинул бронзового Короля на помойку. Хорошо это? Хорошо. Пара сотен дармовых килограммов меди мне сейчас точно не помешает. Однако тащить ее через весь город занятие довольно опасное. Мы и так весь район поставили на уши, а после акции Домны можно ожидать чего угодно.

Но… это же обещает мне больше золота.

— Ладно, — пришел я к единственно верному решению. — Сегодня отбой, а на завтра дождитесь темноты и езжайте на эту свалку всем составом. Оттащите Олафа поглубже в лес, расчлените, а потом тихо «огородами» сюда. Ясно?

Кивнув, парни разошлись. Мне бы тоже хотелось поучаствовать в «расчленении» своего злейшего врага, однако лучше оставить грязную работу на откуп слугам. У меня и так еще куча забот с этим философским камнем.

Последним выходил Коля, и я поманил его пальцем. Затем достал из кармана драгоценный камушек.

— Держи, Коля, — и я вложил его весьма удивленному парню в руку. — За службу. Только не потрать в одном месте. Понял?

Удивленно посмотрев на меня, парень перевел глаза на камень. Потом снова на меня.

— Ааа…

— Будешь мне так же верен, получишь еще, — кивнул я. — Ты и твои парни очень помогаете мне.

Сжав камешек в кулаке, Коля кивнул и молча покинул помещение.

— Кажется, ты его испугал, — раздался писклявый голосок у меня над головой. Иван ползал по потолку. — Он, поди, ни разу в жизни не видел такую драгоценность даже близко.

— Скоро подержит еще, и много. За верность нужно благодарить.

Улегшись в кровать, я пригляделся к голове. Тут, в полумраке, Олаф выглядел довольно жутковато — не для меня, конечно, но кто-нибудь более впечатлительный вряд ли согласился бы ночевать с таким соседом.

Занимала эта голова почти весь стол, а значит, весь памятник был немаленьких размеров. Интересно, кто при всем культе личности Короля осмелился выкинуть его на свалку?

— Кто угодно, — снова заговорил Иван. Кажется, я начинаю говорить сам с собой. — Дедушку далеко не все любили, а его культ это скорее официальная традиция.