Онлайн книга «Это кто переродился? Книга 2»
|
Выйдя со щенком на руках, она поняла, что уже стемнело. Когда на столе загорелась свеча, опять увидела свое лекарство. Взяв его в руки, девушка задумалась. Может, все же рискнуть? Это наверняка обычное успокоительное, чего бояться? Однако стоило только подумать о том, чтобы открыть пробку, как Пух неожиданно зарычал. — Ты чего это?.. — удивилась она, а зверек как с цепи сорвался. Спрыгнув у нее с рук, принялся носиться вокруг, скаля зубы. — Ты чего⁈ Попятившись, она страшно перепугалась. И что это с ним⁈ Тут в кармане плаща, висевшего на вешалке, зазвонил телефон. Спрятав пузырек в шкафчике, Марьяна направилась отвечать. — Кто это?.. — пробурчала она. Увидев абонент, тяжело вздохнула. — Бабушка… На этот звонок не ответить было нельзя. — Ба, привет… Да, нормально. Да, сегодня на работу, — сказала она, присев на подоконник. — Питомец? Щенок… Ах, как я не догадалась! Все твои делишки! Нет, я благодарна. Спасибо! Он такой ми-и-илый… Скосив глаза, увидела Пуха, который смирно сидел напротив шкафчика, где она спрятала лекарство. И еле слышно рычал. В тишине комнаты этот звук звучал довольно жутко. — Что, Ваня? Мы с ним пересеклись в ремонтной лавке, а потом он… Вдруг за окном показалось какое-то движение. Там было уже совсем темно, однако с ее места хорошо просматривался задний двор. А также две темные фигуры, пытавшиеся перелезть через забор. С ними был белый-белый котенок. — … Он в порядке, — вздохнула Марьяна, узнав в одном из них Ваню, а в другом Игоря Илларионова. Короткими перебежками они двигались к зданию общаги. — Пожелал мне спокойной ночи и ушел к себе в «Котел». А что?.. Бабушка на миг замолчала. — Раз он ушел в «Котел», то и хорошо, — сказала она. — Я бы предпочла, чтобы эту ночь он вообще не высовывал носа. Сидел тихо, как мышь. Нахмурившись, Марьяна хотела спросить, отчего, и тут в окне показалась еще одна тень. И нет, целых две, а затем три. Это были черные автомобили, и они брали их общагу в кольцо. * * * В одном из черных автомобилей. Свет в окнах общежития погас. Весь и сразу, как и было условлено с их комендантом. Теперь наступала пора действовать. Лаврентий убрал бинокль и повернулся к Григорию, сидевшему за рулем автомобиля. Последние пять минут он как мог пытался избавиться от шмеля, который носился по их салону как ошпаренный. — Да оставь ты его! Список готов? — спросил Лаврентий и получил бумагу в руки. Там был список из нескольких десятков имен, и все сплошь дети аристократов, у которых, по сведениям Доминики, имелось на руках золото Башни. За каждым были грешки, которые с одной стороны можно было простить, но с другой — использовать в нужный момент, как повод для ареста. А арест нужен для того, чтобы их родители быстрее «вспоминали», куда члены их рода девали свою коллекцию запретных монет. Просмотрев список, Лаврентий покачал головой. — Попова? С ума сошел? — Это другая, — сказал Григорий, пытаясь выгнать шмеля газетой. — Наша Марьяна, а эта Марина. — Смотри у меня. Если к нам попадет та самая… Уволят, считай повезло. — Обижаешь! Вжикнув, Шмель уселся прямо на список и четко на имя под номером «22»: «Амадей Иоганович фон Фауст. 19 лет. Подозрение: игры с Изнанкой». Отогнав насекомое, Инквизитор повернулся к своему коллеге. |