Книга Фармацевт. На задворках Империи, страница 51 – Сергей Харченко, Алексей Аржанов

— Не понимаю о чём вы, — возразил я. — Мы прекрасно себя чувствуем.

— Прекрасно? Восемь человек в день? Ну, десять. Угадал? — хохотнул лекарь. — Это, по-твоему, нормальная посещаемость? Я говорю про другие цифры. Совсем другие.

— Поближе к сути, а то я не совсем понимаю, о чём речь, — попросил я ускориться.

— Так я и говорю, что мы с тобой можем повлиять на количество клиентов, — огляделся он по сторонам. Но никого рядом с нами не было. За исключением редких прохожих, которым никакого дела не было до нашей беседы.

Тем более надо было иметь очень чуткий слух или какой-нибудь подслушивающий артефакт, чтобы понять, о чём у нас идёт речь. Но у лекаря был на поясе стальной короб. И что-то мне подсказывало: он страховал себя на случай прослушки.

«Именно так и есть — отозвался в моей голове Брон. — Этот перекормленный хомяк боится даже шороха. Я чувствую его страх».

— И как мы на количество клиентов повлияем? — задал я вопрос, не выдерживая паузы, которую Иван Иваныч уж слишком затянул. В его глазах промелькнуло сильное волнение. Но в то же время я заметил и азарт, будто у стрелка перед охотой.

— В общем, я предлагаю искусственно увеличить процент заболевших горожан, — буквально на выдохе выкинул он фразу, затем сразу же добавил, не давая мне возразить: — Я же не просто вспомнил про тех молодых людей, которые пострадали от твоего яда. А если мы этот яд используем, чтобы вызывать вспышки заболеваний? И потом, смотри как красиво получается. Люди приходят к тебе, приходят ко мне. Ты отпаиваешь их своими зельями. Я привожу в чувство больных лекарской магией. Так поднимется сразу и моя амбулатория, и твоя фармацевтическая лавка. И никто в итоге не пострадал. Красиво я придумал, правда?

Я всмотрелся в довольное лицо Ивана Ивановича. Ни стыда, ни совести. Как можно у простых людей забирать деньги таким бесчестным путём? Притом заставлять их мучиться какое-то время. Пусть идёт к чёрту с такими сделками.

— Пожалуй, я откажусь от вашей замечательной затеи, Иван Иванович, — хмыкнул я. — Более того, я удивлён, что вы прямо сказали мне об этом. Ведь я могу передать ваши слова городовым.

Иван Иванович рассмеялся. Затем вытащил платок и вытер слёзы, выступившие от бурного смеха.

— Передать… Ну да, как же! Тебе никто не поверит, Ярослав, — выдавил он. — Даже больше скажу — навлечёшь ты на себя кучу неприятностей. Ведь твои слова будут выглядеть как клевета на уважаемого человека.

Разумеется, я блефовал. Зачем мне показываться на глаза стражам порядка? Я ведь не самоубийца и не глупец. Если уже в газете выставлено объявление о моём розыске, то в полицейском участке во мне могут узнать разыскиваемого преступника.

— Не глупи, Ярослав, — процедил Иван Иванович. — Ты можешь стать богатым человеком. Я могу дать тебе время на раздумья. Поговоришь со своей совестью. Уладишь всё с принципами… Суток будет достаточно?

— Я уже всё сказал, — оскалился я. — Отказываюсь.

Иван Иванович надулся, словно ребёнок, у которого отняли машинку. Он вскочил и направился в сторону серого автомобиля, ожидающего лекаря неподалёку.

— Как знаешь, Ярослав! — обернулся Иван Иванович. — Я два раза не повторяю!

— И не надо! Зачем так утруждать себя⁈ — иронично ответил я. — Вы лучше энергию эту потратьте на своих больных!