Книга Сумеречный стрелок 8, страница 57 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

— Я всего лишь хотел поговорить, образумить их.

— Не понимаю. О чем?

— Мне передали, что они хотят убить рыбину и выпотрошить. Им нужны не только жабры… Но и плавники, чешуя. В общем, всё, что продается на чёрном рынке.

— Так. И причем тут князь?

— Когда я попал в публичный дом и попытался поговорить с ними, произошла потасовка. Они, мягко говоря, очень резко восприняли то, что мне известно про облаву на монстра. А когда я этих уродов раскидал, вмешался их шеф, как они его называли. Ну и он получил.

— Вот как? — удивился я. — Получается, что их нанял светлейший князь. Вот это новость.

— Именно, но узнал я об этом уже здесь, в участке, — горько признался Петр Геннадьевич.

Почему Черепов не рассказал об этом следователю, я прекрасно понимал. Со стороны это выглядело очень плохо. Ударить в лицо двоюродного брата самого императора, да к тому же обвинить его во лжи и контрабанде — это ещё более тяжкий приговор. Черепов испугался, что его прямо здесь расстреляют.

— Ладно, пойду-ка я поговорю с этим товарищем, — ободряюще хлопнул я по плечу и пошел к выходу. — Не переживайте, вытащу вас.

— Сразу предупреждаю — он очень наглый тип, — ответил Черепов.

— Разберемся, — подмигнул я ему.

Выйдя из камеры, я направился по коридору, затем подошел к приоткрытой двери и вошел внутрь.

Увидел коренастого мужичка небольшого роста в красно-золотистом костюме. Волосы приглажены, демонстрируя небольшую залысину. Взгляд злобный.

Сидел он в кресле и бурно жестикулировал, беседуя с Рыковым. В сторонке сидел следователь, записывая его слова.

Как только я зашел, князь повернулся в мою сторону. Под его правым глазом уже налился сливой большой синяк.

— Иван, светлейший князь Олег Волконский, — представил его мне Рыков, и в свою очередь обратился к князю. — Ваше сиятельство, а это граф Иван Астафьев, знакомый вашего обидчика, — махнул в мою сторону Рыков.

— Ну и какого х*я, спрашивается, я должен с ним разговаривать? — грубо ответил князь, смерив меня уничтожающим взглядом.

Да уж, заведенный он конкретно. Если не вытащу Черепова — гнить ему в тюрьме до конца дней своих, если не казнят ещё раньше, как говорил Рыков.

— Он хочет разобраться в происшествии, поговорить с вами, — попытался объяснить ему начальник имперской СБ.

— Бл*дь, ну Серёга, зачем этот спектакль? — отвернувшись от меня, он обратился к Рыкову. — Я уже все рассказал… Тебе… Ему… — он махнул в сторону следователя, который записывал каждое слово князя.

— Я тоже рад видеть вас, ваше сиятельство… — отвесил я легкий поклон. — Я услышал от вашего обидчика то, что произошло на самом деле, и уверен, что случилось недоразумение.

— Недоразумение — это вы, граф, раз такое говорите! — вспыхнул Волконский. — Ваш друг напал на меня, совершил покушение. Если б не моя охрана… В общем, я подал заявление, и главный судья в курсе. Суд назначен на завтра. Так вот — о чем мне с вами разговаривать? Почитайте то, что было с моих слов.

— Секунду. Сергей Николаевич, можно вас? — обратился я к Рыкову и он поднялся.

— Серег, не ведись, — резко ответил Волконский. — Не удивлюсь, что это такой же бандит. Может, и его надо судить? Проверь лучше.

Рыков вздохнул и вышел из-за стола. Мы оказались с ним в коридоре.

— Теперь ты видишь, Иван? Так что натворил твой некромант делов будь здоров, — серьезно сказал Рыков, пристально глядя мне в глаза. — И как бы ты не хотел это слышать… За все надо платить.