Книга Сумеречный стрелок 8, страница 119 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

Как только Софья прислала на телефон сообщение, что Егора уже доставили в его поместье и лично передали в руки охране, я связался с Пегасовым, причем с помощью Леи. Она запомнила место, в котором мы с ним в последний раз беседовали, и настроилась на переговорное устройство, которое «нащупала» ментальным зрением в той самой пещере.

Он посетовал на то, что из-за странных пылевых бурь был недоступен.

Как только я сообщил Пегасову, что его сын уже в поместье, он сначала не поверил. Но потом обрадовался и сказал, что обязательно поговорит с ним в ближайшее время.

В завершение разговора он сообщил, что если понадобится помощь — он к моим услугам.

* * *

Лютер пробороздил своим посохом землю, вычерчивая круг. В воздухе сгустилась серая дымка и заполнила борозду. Вокруг них образовалась почти прозрачная пленка.

— Энергия сумеречной зоны может не только убивать, — пояснил он удивленному Борису, который ещё недавно чуть не потерял сознание от недостатка энергии. — Я недавно научился использовать её во благо.

— Удивительно, — Борис выпучился на купол, попытался потрогать рукой.

— Но-но-но, — остановил его Лютер. Какой же этот парень резкий. Такие здесь гибнут первыми. — Я бы не стал этого делать. Если, конечно, ты хочешь, чтобы концентрированная энергия впиталась в тебя и выжгла изнутри, оставив лишь оболочку — пожалуйста.

— Понял, — отшатнулся от купола Борис и вернулся к потрескивающему поленьями костру. — Кстати, что насчет Астафьева? Ты говорил, что мы отомстим ему. Чего ждем?

— А мы как раз возле того места, где он скоро появится, — улыбнулся Лютер, показывая кривые зубы.

— Ты уверен? — сомнительно посмотрел на него Борис.

— Никогда нельзя быть в чем-то уверенным. Но вот что я тебе скажу, — показал в сторону разрушенной церкви Лютер, — это пробой.

— Что это? — не понял его Борис.

Черт! Каждому приходится объяснять всё, разжевывать. Как же это все достало.

— В вашем мире не знают, что такое пробой? — раздраженно покосился он на Бориса.

— Не помню такого явления, — хмыкнул Борис.

— Это по сути клапан между мирами, то есть своего рода портал, через который не все могут пройти, только по запросу создавшего, — объяснил Лютер, кидая в костер ещё пару поленьев. — Так вот, этот клапан создал один нехороший человек. Его зовут Дорн и Астафьев как бы это назвать… его правая рука, что ли.

— Так вот оно что! — вскочил Борис. — А я думаю, почему этот ублюдок такой неубиваемый!

— Отчасти и поэтому, да, — кивнул Лютер. — Но ты парня недооцениваешь. Он действительно силён.

— Да, я не дурак, уже пришлось с ним биться, — скривился Борис.

— И долго продержался? — ехидно посмотрел он на своего собеседника.

— Какая разница! — вспыхнул Борис, чем вызвал смех Лютера. — Ты смеешься надо мной⁈

— Не над тобой, а над твоей попыткой не замечать свои ошибки, — ответил Лютер. — Велик тот, кто замечает промахи и тут же исправляет их. Слышал такое выражение.

— Это, наверное, из твоего мира. Здесь такого не слышал, — пробурчал Борис. — Кстати, из какого ты?

— Какая тебе разница? — помрачнел Лютер. — Он разрушен… Его нет…

— И ты пришел разрушить и наш мир? — искоса посмотрел на него Борис.

Что этот засранец себе позволяет⁈ Как он может так разговаривать с ним?

Лютер сдержался, ослабляя хватку на посохе, и мрачно посмотрел на него.