Книга Сумеречный Стрелок 4, страница 72 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

Следующий выстрел немного опередил бросок противника, стрелу попытался отбить тесаком один из его людей, выскочив перед боссом. Стрела оказалась быстрее. Удар и тот упал перед Рахимом, теряя сознание.

— Ах ты бес паршивый! — сморщился от злобы Рахим и снял с пояса ещё два метательных ножа. Махнул своим людям и те достали тесаки.

Мда, этот точно ничего не поймёт. И да, он действительно бешеный шакал, Азиз был прав. Только я вспомнил об этом, как услышал за спиной его голос.

— Спокойно. Предлагаю закончить эту стычку. Никто ничего и никому не должен, — Азиз вышел вперед и встал между нами. С ним было десять человек охраны.

Арабы встретились взглядами.

— Не лезь не в свое дело, Азиз, — зарычал Рахим.

— Иван прав. Ты действительно оборзел, — мрачно ответил Азиз. Я видел, что его руки лежат на поясе, точнее на рукоятках кинжалов с изогнутыми лезвиями.

— Выбирай слова! — заскрипел зубами Рахим. — Иначе я могу и не посмотреть, что ты состоишь в Сходке.

— Ты неразумен, — продолжил спокойно Азиз. — Тебе мало лишения права голоса? Ты же всех подбивал перейти на сторону Матвея, этого чокнутого маньяка. А сейчас вновь пытаешься поставить под угрозу существования арабскую общину⁈

— Зачем ты мне это говоришь при всех⁈ Отойди в сторону! — Рахим никак не мог успокоиться. Он что, совсем дурак?

— Советую тебе забыть об этой стычке и оставить в покое торговую улицу, — резко ответил Азиз, похлопав по поясу для внушительности. — Иначе… сам знаешь, что может произойти.

Рахим замолчал, обдумывая слова оппонента, и резко махнул своим людям.

— Остальных ко мне! — рявкнул он, исчезая в обувной лавке и ещё раз окидывая всех нас злобными взглядами.

Мы же не обращали больше внимания на стекавшихся к «штабу» Рахима арабов, и направились в сторону лавки Рыжебородого.

— На сходке будет подниматься вопрос о ликвидации Рахима, — спокойно сообщил мне Азиз. — А загнанный зверь зачастую очень опасен и неразумен в своих действиях. Будь внимательнее, Иван.

— Спасибо, дружище, — похлопал я его по плечу. — Мы бы их всё равно развалили.

— Да, не сомневаюсь, но потом бы против тебя ополчилась вся арабская община, — ответил Азиз. — Рахим бы нашел нужные слова. То ещё трепло. И с большой вероятностью я бы там не смог ничего сделать. Против общего решения я не пойду. А так… он будет опасаться казни.

— Жестко у вас, однако, — подал голос Жорик, барабаня пальцами по узорчатым ножнам.

— Иначе бы не было дисциплины, кровь-то горячая, — развел руками Азиз, и всмотрелся в кинжал Жоры. — Это артефакт…

На его лице я заметил изумление. Глаза его заблестели, и он не отводил взгляда от оружия.

— Семейная реликвия, — буркнул Жора, отодвигая его за полу пиджака. Но спрятать его не получилось — ножны всё равно выглядывали снизу.

— Я видел такие предметы… — Азиз указал пальцем на пояс Жоры. — Когда неделю назад изгои растащили Обитель в Анапе. На сабле оттуда были похожие рисунки.

— В смысле растащили? — я недоумённо посмотрел на араба. — В газетах ничего не писали о нападении. И откуда у них такие вещи?

— Не всё пишут в газетах. Зачем Хранителям лишняя огласка? — Азиз бросил на меня ироничный взгляд. — Они тихо сожгли всех виновных, точнее принесли в жертву. Ну и похищенное, конечно, вернули. А предметы… Хех. Нанимают втихую искателей, и те приносят из Бездны всякие любопытные безделушки.