Книга Герой Империи 2, страница 46 – Виктор Молотов, Сергей Харченко

— Твоя собака тоже из боевой породы, — заметил я. — И что теперь? Уведи пса, он ведь сам кидается.

— Твой ёж спровоцировал его! — зарычал мажор, кое-как удерживая поводок питбуля.

Вот же гад, он только делает вид, что держит эту рычащую агрессивную тварь. На самом деле — будь на месте Хрума дворняжка — питбуль уже давно перекусил бы ту пополам.

— Я предупреждаю, — холодно обратился к скрипящему зубами мажору. — Отведи пса, иначе будут последствия.

Вокруг нас неподалёку начали собираться зрители, кто-то начал снимать на смартфон, комментируя при этом.

— Это преступление! Где намордник! — вскрикнул женский голос.

— Он же порвёт ежонка! Ой-ё-ёй! — запричитала старушка. — Кто-нибудь, остановите его!

— Кекс, фу! — закричал на своего пса мажор. Всё-таки решил не связываться. Но пёс дёрнулся к Хруму и попытался ухватить того клыками за высунувшуюся лапку.

Зря он это сделал. Да и предупреждал я. Причём несколько раз. Пространство содрогнулось от громового раската, по спине Хрума пробежал сноп молний, и одна из них ударила прямо в нос питбуля.

Бойцовый пёс взвизгнул, отпрыгнув, затем упал на бок и рванул поводок в сторону, роняя хозяина на мокрый газон.

— Да ты просто попутал! — зарычал мажор, наблюдая приближающихся к нам двух стражей порядка. — Эй! Сюда! Он угрожал мне и моему питомцу!

— Вот же сволочь, ещё и врёт, — выдавил один из мужчин в неказистой серой одежде.

— Что случилось⁈ — окликнул нас один из полицейских, приближаясь к месту стычки.

Но мажора и след простыл. Здравое решение. Свидетелей было слишком много, и все были на стороне моего Хрума.

— Куда это он? Уважаемый! Вы куда пошли⁈ — попытался остановить усатый полицейский мажора, но тот ускорил шаг, не обращая внимания на крики.

— Что случилось? — спросил меня второй страж порядка, что поплотнее, цепко оглядывая подошедших зевак.

— Да вон тот паразит, — махнула костылём старушка в сторону удаляющегося мажора, — натравил свою псину на бедненького ежонка. Просто маньяк какой-то.

— Ага, я тоже видела, вот даже видеодоказательство есть, — девушка сунула под нос полицейским свой телефон.

Усач сморщился, затем кивнул, наблюдая за схваткой.

— Молниями, значит, бьёт? — удивился он, посмотрев на Хрума, который уже был у меня на руках. Такой же вялый, как и прежде, будто ничего и не происходило.

— Да он защищался! — воскликнула бабуля, вставая на защиту.

— Вот давайте мы теперь сами разберёмся, женщина, — остановил её второй полицейский и обратился ко мне: — Ваш питомец магический. Документы есть на него? Разрешение выгуливать в общественных местах? Разрешение ходить без намордника и поводка?

— Да, всё есть, — кивнул я, доставая свежеприобретённый паспорт Хрума. Во всех графах стояли галочки, что означало — «никаких ограничений».

— Так… сегодня зарегистрировали, — хмыкнул полицейский, уже жалея, что это не случилось чуть раньше. Так бы крупная купюра однозначно упала в его карман.

— Всё хорошо, — кивнул усач, нервно дёргая усом. Он вернул документ. — Приятной прогулки.

Полицейские отстали, а мы продолжили гулять по парку. Разумеется, после того, как его подержали на руках и поснимали все, кто так переживал за моего питомца.

— Ты становишься звездой, Хрум, — заметил я, обратившись к боевому ежу, который бежал рядом по тротуарной плитке. Он радостно свистнул в ответ. — Как бы не пришлось тебя учить автографы раздавать.