Книга Эволюция целителя 3, страница 98 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

— Да ну вас, тоже мне ценители культуры, — бросила она в ответ хохочущему здоровяку.

Мы пообедали и вновь приступили к работе. Ну а под вечер, как и обещала Рохлина, в приёмную зашёл её брат.

Низкорослый мужчина был одет в клетчатый костюм с красным галстуком. Растрепанные волосы, глаза красные от недосыпа. На лице выделялся крупный нос с горбинкой.

— Добрый день, проходите, — пригласил я его сразу на кушетку, сплетая из магических нитей диагностический щуп.

— Вы издеваетесь? — помрачнел Рохлин. — Я вам что, подопытный кролик, чтобы меня осматривать?

— Ну а зачем тогда вы к нам пришли? — поинтересовался я, уже погружая щуп в его грудную клетку.

— За шкафом, — холодно ответил пожилой архитектор. — Давайте уже выписывайте витамины, и я пойду.

Он что-то ещё говорил на фоне, и злобно таращился на меня, начиная распаляться. Настя пыталась успокоить Рохлина, но тот был уже взвинчен и резко отвечал ей что-то.

Но я не слышал ни слова. От того, что я обнаружил, холодок пробежал по моему телу.

До этого осмотр я провёл визуально и довольно бегло.

Сознание ясное, зрачки одинаковые по размеру, и реакция на свет сохранена. Лёгкое пошатывание. Раздражительность, близкая к агрессии.

Дополняли картинку и те симптомы, о которых сообщила сестра Рохлина. Апатия, недержание, изменение личности, утренние головные боли. Всё это буквально кричало, чтобы я провёл диагностику мозга.

Я буквально остолбенел. В мозгу архитектора я увидел объёмную опухоль, экстрааксиальную. Новообразование развивалось внутри черепа, но за пределами мозга, как раз в области левой лобной доли. Менингиома или глиобластома — как подсказал мне мой ментальный справочник.

Причём росла опухоль очень активно. Сейчас её размеры были около 4–6 см. И я видел, как она пульсировала и продолжала увеличиваться в размерах. Мой диагностический щуп показывал всё в реальном времени.

Опухоль давила на мозг, провоцируя перифокальный отек. Другими словами, вокруг очага в тканях головного мозга накапливалась жидкость и усугубляла состояние Рохлина.

Новообразование всё больше сдавливало боковые желудочки мозга, которые содержат спинномозговую жидкость, питающую головной и спинной мозг, а также начинало вклиниваться под большой серповидный отросток, разделяющий внутричерепные структуры.

Теперь всё мне стало ясно.

Поражение лобных долей приводит к потере воли, способности планирования и социального контроля. что повлияло на изменение личности и появление апатии. Рохлин не чувствует себя больным. Оно и понятно. Часть мозга, отвечающая за критическое мышление, подавлена и атрофирована.

К тому же понятно недержание мочи. Опухоль давила на парацентральную долю мозга, где находится корковый центр регуляции мочеиспускания.

Ну а головные боли возникали из-за повышенного давления внутри черепа. Но Рохлин забивал боли аспирином, лишь снимая симптом.

Опухоль продолжала расти, а Рохлин всё сильнее распалялся.

— Ну и что ты застыл? Эй! У меня каждая минута на счету! — бушевал пожилой архитектор, гневно уставившись на меня. — Ты точно лекарь⁈

Что ж, у меня есть экстрактор. Справится ли он? Втянет ли опухоль полностью? Я сделаю всё, чтобы так и произошло.

— Спать, — коснулся я руки Рохлина, и тот отключился. В последний момент я успел подхватить его под руки и подтащил к кушетке.