Книга Эволюционер из трущоб. Том 14, страница 6 – Антон Панарин

Константин Игоревич тут же почувствовал все прелести восстановления магических каналов. Его глаза округлились от ужасной боли, из глотки вырвался вой, а всё тело затряслось в припадке. Кислотная кровь проникла в тело, начав разъедать его изнутри. Архаров дёргался, пытаясь вырваться. Его мышцы напряглись до предела.

Но сколько бы отец ни метался, кислоте было всё равно. Она продолжала свою работу, разъедала плоть, оголяя мышцы, сухожилия и даже кости. Жуткое зрелище. Юрий, стоявший рядом, внимательно наблюдал за процессом, крепко вдавливая отца в больничную койку, хотя это было крайне непросто:

— Гра-а-аргх!!! — зарычал Архаров и дёрнулся с такой силой, что ножки больничной койки со звоном обломились и он повис, удерживаемый лишь каменными столбами.

Пришлось сделать новую койку из камня, а заодно усилить холод. По моей задумке лёд должен был ослабить болевые ощущения, но судя по всему, отцу было всё так же больно, несмотря на чудовищную регенерацию, дарованную анимагией.

— Отлично, папаша! Отлично! Ещё немного, и мы тебя подлатаем! — выкрикнул я, смахивая пот со лба.

В этот момент плоть на груди Архарова истлела, продемонстрировав нам огромное бешено бьющееся сердце.

— Миша, ты уверен, что он не помрёт⁈ — встревоженно спросил Юрий.

Я лишь пожал плечами:

— Сейчас и узнаем.

Я выдернул иглу из вены отца и призвал разломный кристалл. Пропуская через себя океан энергии, я стал вливать её в тело Константина Игоревича. О, это дивное мгновение. Отец выгнулся дугой, да так, что каменные столбы вместе с кроватью стали крошиться, словно были сделаны из глины. Глаза Архарова вспыхнули ярко синим цветом, а по телу побежали голубоватые трещины, из которых лились лучи света. Но была одна весомая проблема.

У отца всегда было огромное непропорциональное ядро маны, но паршиво развитые энергетические каналы. Из-за чего он не мог высвободить истинную мощь, сокрытую в нём. Сейчас же я влил в него всю ману, имеющуюся в разломном кристалле, и этого хватило лишь для того, чтобы восстановить каналы на правой руке…

— Юрка! Зови деда, живо! — рявкнул я, призывая новый кристалл.

Если быстро не завершить формирование каналов, то отец навсегда останется однобоким калекой, не способным колдовать. А чтобы завершить формирование, мне нужна прорва маны. Долбаные тонны маны!

Юра кивнул и рванул на выход. Я же призвал ещё два кристалла и стал переливать из них энергию в отца. Архаров ревел, дёргался из стороны в сторону, орал что-то нечленораздельное. Его когтистые лапы сжимались и разжимались, царапая каменные столбы, зубастая пасть клацала, заставляя острые клыки крошиться.

— Да, папаня. Работы тут намного больше, чем с Юркой. Уж лучше бы ты жуков жрал, чем переходил дорогу Императору, — дрожащим голосом проговорил я, трясясь от натуги.

В этот момент сердце отца продырявилось, начав с пугающей скоростью выплёвывать мою кровь. Алые капли падали на пол, стекали по бокам Архарова, разъедая плоть. Одним словом, дела были весьма плачевные…

В палату влетел Максим Харитонович и разинул рот от удивления. Всё же он ещё никогда не видел Архарова в подобном состоянии.

— Внучок, что от меня требуется? — спросил дед, за мгновение до того, как в палату вбежал и Юрий.

— Деда, собирай всю ману, до какой только сможешь дотянуться, и передавай мне.