Книга Эволюционер из трущоб. Том 13, страница 61 – Антон Панарин

— Ут, перенеси «Абсорбцию маны» на место «Энергетического паразита».

«Желаете уничтожить доминанту „Энергетический паразит“ или же создать новый конгломерат?» задала вопрос помощница и затихла.

Я устало потёр виски и раздраженно произнёс:

— Я тебя однажды убью. Не могла сразу сказать, что возможно создание конгломерата? — Ответом мне была тишина. — Просто восторг. Смотрю, ты сегодня невероятно общительна. Давай, объединяй в конгломерат.

«Запрос принят».

Внезапно в пирамиде засветилась не только доминанта «Энергетического паразита», но и доминанта «Клинков Аорт».

— Эй! Что происходит? — возмутился я в момент, когда кристаллы лопнули и осыпались разноцветным песком.

«Вы же сами приказали создать конгломерат».

— Да, но речь шла о… Ай, к чёрту. С тобой бесполезно разговаривать, — вздохнул я и махнул рукой.

«Я вас тоже очень люблю», — саркастично заявила Ут, формируя новый конгломерат.

Новый кристалл выглядел как трёхлучевая закорючка, отдалённо напоминающая треугольник алого цвета с синеватыми вкраплениями. Сосредоточившись на нём, я услышал описание:

«Конгломерат „Жнец“, с его помощью вы способны моментально поглотить не только ману, но и трансформировать всю кровь, пролитую по округе, в свою собственную. Радиус действия двадцать метров».

— Я тебя правильно понял? Активировав этот конгломерат, я смогу превратить пролитую кровь в кислоту?

«Вы правы», — лаконично ответила Ут.

На моём лице тут же появилась хищная улыбка. Захотелось немедленно проверить, насколько чудовищно эффективен данный конгломерат. Только представьте себе! Идёт кровопролитное сражение. Земля превратилась в грязь от крови. Заляпано всё, клинки, доспехи, бронетехника. А тут — бац! И всё это превращается в кислоту. Целая армия истлеет за жалкие минуты. Ух. Потенциал этой штуки просто невероятен!

— Впрочем, бодрости она мне не прибавит, — зевнул я, возвращаясь в реальность, и пошел спать.

Ночью специально для меня показывали кино под названием «Рассвет и закат рода Багратионовых». Я увидел если и не всю жизнь деда, то её ключевые моменты уж точно. Предательства друзей, гибель близких, сражения и лишения, через которые он прошел. Однако, сильнее всего по сердцу резанула картина, когда он потерял жену.

Моя мама была ещё малышкой. Её качала на руках жена моего деда Максима Харитоновича. Вокруг горят свечи. Семейный праздник в самом разгаре. Гости дарят подарки, смеются, поют песни, судя по всему, празднуют рождение моей мамы. Картинка меняется. Гости уходят. Дед со счастливой улыбкой на лице закрывает двери и слышит крик из спальни.

Задыхаясь, он врывается в комнату и видит собственного брата, сжимающего горло его любимой. Дед кричит на него и бросается, чтобы спасти супругу, но не успевает. Оглушительно громкий звук ломаемых шейных позвонков наполняет комнату. Дед в ярости набрасывается на брата и выбивает из него всю дурь. Садится сверху и продолжает бить до тех пор, пока череп брата не раскалывается, заливая кровью весь пол.

Максим Харитонович заливается слезами, держа на коленях тело покойной жены, а рядом на кроватке лежит моя мама и визжит, срывая голос. Дед от крика дочери приходит в себя, берёт Елизавету с кроватки и прижимает к себе, обещая, что вычистит из рода всю гниль.

Новая сцена. Максим Харитонович стальной рукой правит родом Багратионовых, уничтожая или изгоняя всех несогласных. Моя мама то и дело дёргает его за рукав и спрашивает, где её собственная мама? Дед отвечает, что она скоро приедет и передавала, что очень любит Елизавету. Мама кивает и убегает играть, а Максим Харитонович, закусив губу, едва сдерживает слёзы.