Книга Эволюционер из трущоб. Том 13, страница 108 – Антон Панарин

— Я, Игнат Борисович, смотрел вместе с Венерой салют, а благодаря вашему кулаку я увидел ещё один. Персональный, — пошутил я и сплюнул кровь в траву.

— Убирайся отсюда, а не то… — начал угрожать мне князь, но Венера вмешалась в разговор.

— Отец! Не смей его трогать! — выкрикнула она, встав между нами.

— Всё будет хорошо. Не переживай, — ласково произнёс я, осторожно отодвинув девушку за спину.

— Глупая. Я хочу тебе добра. А ты связалась с этим… — Водопьянов попытался подобрать слово помягче, но злость не позволила этого сделать. — С этим выродком.

— Игнат Борисович, попрошу не забывать, что этот выродок спас вам жизнь, — хмыкнул я, заглянув Водопьянову в глаза.

От этих слов веко князя начало судорожно подёргиваться.

— Не будь ты абсолютом, я бы прикончил тебя прямо здесь и сейчас, — угрожающе произнёс Игнат Борисович, погрозив мне пальцем.

— А что такое? Боитесь, что не справитесь? — насмешливо спросил я.

— Прекратите! — снова вмешалась Венера. — Отец. Мне нравится Михаил, и ты не имеешь права вмешиваться в наши…

— Довольно! — рявкнул Водопьянов. — Дома поговорим. Но для начала посмотри вот сюда. — Игнат Борисович указал пальцем на траву, в которую я сплюнул. Зелень скоропостижно скончалась, если так можно сказать. — Я крайне сомневаюсь, что твой чёртов избранник на самом деле человек.

— Вы меня поймали. На самом деле я адмирал Иван Фёдорович Крузенштерн. Человек и пароход, — рассмеялся я, хотя на самом деле было мне невесело.

Чёртова кислотная кровь множество раз спасала мне жизнь, а вот сейчас привлекла ко мне ещё немного лишнего внимания.

— Я не понимаю, о чём ты, — растерянно спросила Венера, переводя взгляд то на меня, то на отца, то на место, где всего минуту назад была трава.

— А я покажу, — решительно сказал Водопьянов и за мгновение оказался рядом со мной.

Он мазнул пальцем по крови на моей губе, отчего кожа абсолюта начала растворяться, причиняя ему острую боль, которую тот терпел весьма мужественно. Я не стал ему мешать. Это было бессмысленно. Это как отрицать, что ты украл кошелёк, когда полицейские нашли его у тебя в кармане.

— По-твоему это нормально? Кровь обычных людей не растворяет плоть, — прорычал Водопьянов, сверля меня взглядом.

— Ми-михаил. Ч-ч-что происходит? Я не понимаю… — растерянно проговорила Венера.

— Это секрет рода, — произнёс я, не отводя взгляда от её отца.

— Я бы сказал, секрет урода, — ухмыльнулся Водопьянов, схватил дочь за руку и потащил за собой.

Правда прошел он всего ничего. Я прихватил его за предплечье, чувствуя, что вот-вот начнётся драка, способная стереть Хабаровск с лица земли. Но поступить иначе я уже не мог. Знаете, как говорят? «Детство в жопе заиграло».

— Игнат Борисович, вы бы поменьше нервничали. Говорят, от излишнего стресса, волосы выпадают, — улыбнулся я по-доброму и передал своему дорогому коллеге доминанту «Преждевременного облысения».

Водопьянов раздражённо отдёрнул руку и провёл по волосам, зализывая их назад.

— Михаил Даниилович, если вы хотя бы пальцем притронетесь к моей дочери… — он выдержал театральную паузу. — То клянусь богами, я убью вас, чего бы мне это ни стоило.

— Так и запишем. Пальцами трогать запрещено. А вот остальными частями тела… — пошутил я, вызвав улыбку на губах Венеры, а в руке Водопьянова сформировался ледяной клинок и упёрся в мою шею под кадыком, распоров кожу.