Книга Эволюционер из трущоб. Том 12, страница 8 – Антон Панарин

Усатый генерал пробежал глазами по записке, и чем дольше он читал, тем сильнее его лицо наливалось краской от гнева.

— Какого чёрта? Он приказывает не просто отступить, а ещё и сложить оружие! — прорычал генерал, сжимая кулак с письмом. — Что за абсурд?

В палатке поднялся шум возмущения. Генералы гневно переглядывались и быстро пришли к решению.

— Это происки шпионов! Малышев не мог приказать подобного. Да и зачем? Наступление идёт семимильными шагами. Территории, на которые он долгие годы пускал слюни, достаются нам без боя. Зачем графу отказываться от столь лакомого куска? — вскочил на ноги седовласый генерал с обезображенным ожогом лицом и ударил по столу кулаком.

— К чёрту эту бумажку! Продолжаем наступление. Когда все земли будут под нашим контролем… — начал было усатый, но в тот же миг осёкся, когда в палатку вошел молодой человек с зелёными глазами и армейской выправкой.

Парень насмешливым взглядом окинул лица генералов и остановился у стола, рассматривая карту наступления.

— Ты кто такой? Пошел прочь, если не желаешь, чтобы я лично повесил тебя! — гневно заорал усатый, ткнув пальцем в сторону парня. — Тут военный совет, убирайся немедленно!

Парень не ответил, только слегка улыбнулся. В следующую секунду в палатку медленно и неуверенно на инвалидной коляске въехал граф Малышев. На его лице царилибессилие, страх и безысходность.

— Что я вам говорил, Сергей Алексеевич? Эти собаки почуяли слабость хозяина и тут же решили взять всё в свои руки, — усмехнулся зеленоглазый.

Малышев опасливо посмотрел на парня, а после перевёл взгляд на генералов.

— Господа, я ожидал вашего недовольства и поэтому прибыл лично, — тихо проговорил он, стараясь не смотреть воякам в глаза. — С этого момента гвардия рода Малышевых распущена. Годовые жалования будут выплачены в полном размере, но на этом всё. Мой род больше не нуждается в войсках.

Палатка погрузилась в потрясённое молчание. Генералы выглядели ошарашенными и растерянными. Раздували щёки, хватали ртом воздух, словно рыбы, выброшенные на берег. Одним словом, никто из них не думал о том, что может остаться сегодня без работы, которой посвятил всю свою жизнь.

— Ха-ха-ха! — взорвался хохотом усатый генерал. — Отличная шутка, граф. Вы неподражаемы. — Он вытер рукой проступившую слезу, но заметил, что лицо Малышева осталось совершенно серьёзным.

Малышев вздохнул и через силу произнёс, боязливо косясь на зеленоглазого:

— В этой войне я проиграл. Я… — он замялся и нервно сглотнул. — Я признал своё поражение. Мои владения переходят под контроль Михаила Данииловича Черчесова.

Его голос дрожал, а страх передо мной был настолько очевидным, что генералы невольно перевели взгляд на меня и потянулись за мечами. Усатый первым выхватил меч и закричал:

— Мой отец проливал кровь за ваш род! Я не позволю всё так бездарно просрать!

Клинок генерала блеснул в воздухе и устремился в сторону зеленоглазого незнакомца.

* * *

Стоя в палатке, я присматривался к генералам. Жирные свиньи, лучащиеся самодовольством. Отвратительно. Ни один из них не был похож на Егорыча. Егорыч регулярно участвовал в заварушках и знал, чем живут обычные солдаты. Знал все их надежды, боли и мечтания. А эти твари только фишки двигают на карте, да с листочков читают о потерях. Никто из них своих рук не марал, и не замарает — по доброй воле.