Книга Эволюционер из трущоб. Том 12, страница 37 – Антон Панарин

Кусков тварей у меня имелось в достатке. И трупов отрицателей было полно. Вот только доминанта «Ментальный контроль стаи» дала сбой. Даже не так. Доминанта работала исправно. Одновременно я держал под контролем аж три тысячи мышей и крыс, но после превращения их в химер было необходимо куда больше ментальной силы, чем у меня имелось.

Я создал триста первую химеру. На паучьих лапах, заканчивающихся острыми лезвиями, хитиновый панцирь украшали ядовитые шипы, вместо пасти — клюв, как у птероса, со стальным наконечником вместо носа. Жуткое создание, должен сказать. Я было отвернулся, чтобы создать новую химеру, но эта падаль набросилась на меня со спины, пытаясь вонзить клюв в мой позвоночник.

Спасибо «Животным рефлексам». Благодаря этой доминанте, я почувствовал опасность и смог с лёгкостью увернуться. В следующее мгновение свистящее лезвие катара мелькнуло в темноте подвала и снесло голову моему творению.

— Выходит, на третьем ранге я могу контролировать лишь три сотни химер… — задумчиво проговорил я, потянувшись к рации. Нажал тангенту и приказал. — Срочно отступайте к дальней части села. Позвольте монстрам сражаться с монстрами.

«Ш-ш-ш. Кхе-кхе», — в рации послышался кашель лейтенанта, чьего имени я не узнал до сих пор. — «С радостью», — добавил он и отключился.

Я же переключился на зрение химер и отдал приказ растянуться по всему селу. Химеры для обороны совершенно не подходили. Почему? Да всё просто. Когда одновременно пытаешься управлять тремя сотнями химер, можно и с ума сойти. Слишком много визуальной и тактильной информации поступает в единицу времени. Поэтому я даже не пытался обороняться.

Вывел химер на позиции, а после дал их животному разуму возможность рвать в клочья всё, что движется. И началась бойня. Химеры отрывали куски чёрной брони. Ревели, словно неисправный двигатель. Откусывали руки, отсекали ноги. Кровь текла с обеих сторон. Правда, когда погибал отрицатель, то умирал всего один боец. А вот если гибла химера, то кислотная кровь сжигала по меньшей мере ещё троих рыцарей.

Однако, в бой я отправил лишь двести девяносто пять химер. Оставшиеся пять, продолжали носить трупы отрицателей в подвал. Да, я мог бы сидеть в подвале и клепать химер, вот только против пятнадцатитысячной орды это бесполезно. Нас сметут и даже не заметят. Однако, химеры смогут выиграть немного времени. А это уже что-то.

Я активировал пространственную костяшку и переместился в Калининград. В круглом зале под светом факелов носился обезумевший Феофан и без остановки тараторил свои скороговорки:

— Когда стальная леди сойдёт на землю, люди примерят стальной наряд, отринув страх, боль и пороки. Те, кто переживут огонь и лёд, навеки утратят человеческое лицо, став отражением безликой стали…

Заметив меня, он вскинул руки вверх, широко улыбнулся и побежал навстречу.

— Максим Харитонович, последний защитник рода людского. Великая мать уже бы стёрла детей своих с лица земли, если бы не он. Аномальная зона не просто кара, она лекарство! — заголосил он, вцепившись в мои плечи.

— Да, спасибо за весьма познавательную лекцию. Но у меня нет времени, — ответил я, убрал его руки и решительно направился на выход.

— Аномалии это гнойники ткани реальности! Но они не болезнь, а исцеление! Исцеление!!! — выкрикнул Феофан на прощание.