Книга Эволюционер из трущоб. Том 11, страница 113 – Антон Панарин

— Немного пошаманил, — усмехнулся я. — Теперь ваш защитный контур жрёт в десять раз больше энергии, имеет два собственных накопителя маны, а также стабилизаторы и прочие навороты. Не благодари. — Я шмыгнул носом и тут же был задушен в объятиях.

— Ты… Ты не понимаешь, что сделал, — прошептал Максим Харитонович. — Боль, она… Она стала меньше.

— Старик, ты разговариваешь с сильнейшим архимагом Дреморы. Михаэлем Испепелителем. Владыкой хаоса, покорителем драконов, главой Пламенного ордена, сеятелем смерти и вот это всё пафосное, — хихикнул я. — Ясное дело, боль уменьшилась. Теперь защитный контур пожирает львиную долю энергии, а тебе достаются лишь крупицы, необходимые для поддержания жизни. Если поток энергии иссякнет, то ты ещё лет тридцать сможешь жить за счёт встроенных мной накопителей.

— Внучок, спасибо, — тихо произнёс Максим Харитонович и сдавил меня ещё сильнее.

— Я думал, что за такое мне положена награда, а не смертная казнь, — прохрипел я, чувствуя, что весь воздух покидает мои лёгкие.

— Да. Да. Прости, — смущённо произнёс Максим Харитонович, отпустил меня и мазнул рукой по увлажнившимся глазам, а после улыбнулся. — Ты ничего не видел.

— Не видел того, что мой дед плакса? — язвительно спросил я и увидел на лице старика улыбку. — Конечно, не видел. А если бы и видел, то кто мне поверит? Великий князь Багратионов! Это вам не собачий ху…! — начал было я браваду, но получил от старика затрещину. — Справедливо, — кивнул я и, улыбаясь, приобнял деда. — Ну пойдём. Покажешь мне вашу коллекцию пророчеств.

— Если бы я не знал, что ты архимаг, был бы весьма недоволен тем, как тебя воспитала моя дочка, — весело подметил Максим Харитонович.

— У тебя отличная дочка, — с теплотой в голосе сказал я. — После родов я обязательно приведу её к тебе в гости.

— Обещаешь?

— Слово архимага, — кивнул я, приложив руку к груди.

— Тогда я спокоен. Идём.

Мы вернулись в округлый зал, заполненный письменами. В нём уже бродил Феофан, вчитываясь в разнообразные руны. Занятно, но малец наконец-то заткнулся. Со стороны он даже казался разумным, точнее, не спятившим. Феофан с интересом изучал письмена, периодически кивал и шел дальше.

— Здесь множество историй. Одни пророчат мрачное будущее, другие рассказывают о катастрофах былых дней.

— А что насчёт великих бедствий? Есть информация о том, кто они?

— Достоверной информации нет. Лишь обрывки бессвязных фраз. Как я понял, они представляют собой концепции, призывающие отринуть слабость, присущую живым существам. К примеру, Пиковая Дама отрицает телесную слабость, укрепляя своих воинов с помощью стали. Король Червей отрицает свободу воли, заставляя всех склонить голову перед Королём. Валет Бубнов олицетворяет собой отказ от прогресса, возврат к корням, так сказать.

— А Туз Крестов?

— Этого мы, увы, пока не знаем. Но уверен, в ближайшее время и он проявит себя.

— Как понимаю, Валет Бубнов уже показался на радарах?

— Возможно, — задумчиво произнёс Максим Харитонович. — На Африканском континенте зверствуют ураганы, ливни, даже землетрясения. Подобного там не случалось… Пожалуй, никогда там такого не бывало. Всё это происходит без остановки. Увы, в тех краях у нас нет своих людей, и я мало что знаю о бедах африканцев.

— Да уж. Если проявится Туз Крестов, то чувствую, нам станет чертовски весело, — протянул я, посмотрев в пустоту.