Книга Эволюционер из трущоб. Том 8, страница 57 – Антон Панарин

— Поверить не могу, — вздохнул барон и покачал головой. — Этот меч достался мне от… — Прыснув со смеху, он запрокинул голову назад и громогласно рассмеялся. — Ха-ха-ха! Не могу поверить, что сам капитан Гаврилов повёлся на то, что тот меч был родовым. А я-то думал, ты что-то смыслишь в оружии.

— Поэтому я его и продал, — пожал плечами Гав.

— Продал? Но ты же только что сказал, что потерял меч! — возмутился барон, ткнув пальцем в грудь Гава.

— Вы тоже сказали, что меч родовой.

Повисла секундная пауза, после чего оба синхронно захохотали.

— Как же я рад поговорить с нормальными людьми, а не со всякими напыщенными индюками, — улыбаясь, сказал Титов и посмотрел на меня. — Что ж, прошу за мной. Обсудим цель вашего визита в кабинете.

* * *

Город Костанай.

Третья жена Архарова, Зинаида Парфирьевна.

Солнышко поднялось так высоко и палило так сильно, что Зинаида Парфирьевна была вынуждена то и дело смахивать пот, струящийся по лицу, шастая от лавки к лавке. Её пытались поймать Имперские гвардейцы, но хитрая словно змея Зинаида сумела скрыться, несмотря на то, что после атаки свекрови её правая рука и левая нога были парализованы.

Да, это доставляло множество неудобств. Тем более, что Зинаида Парфирьевна бежала из Екатеринбурга не одна, а с сыном. У неё были драгоценности, которые аристократка уже продала и проела. Сейчас же настало время искать работу. Ха-ха. Работу… Никогда в жизни Зинаида не подумала бы, что ей предстоит работать.

Расчётливая и циничная, она предавала всех и вся ради собственной выгоды. Собственных родителей, мужа, а теперь — и саму себя. Предавала собственные принципы, готовая сделать всё, что угодно, ради выживания. Вот только выжить не так уж и просто. Куда бы Зинаида Парфирьевна ни заходила, везде ей отказывали. Никто не хотел брать на работу калеку.

Она обошла весь Костанай с младенцем на руках и остановилась у трактира со странным названием: «Время брюзжать». Подволакивая ногу, она толкнула дверь плечом и ввалилась внутрь. Теплый воздух показался прохладным из-за пота. Зато здесь пахло едой. Правда, в этом аромате были нотки кислинки, говорящей о том, что продукты близки к протуханию, но сейчас женщина была так голодна, что с радостью съела бы и помои.

— Милостыню не подаём, — строго сказал толстый лысеющий трактирщик с потёртым полотенцем, висящем на плече.

— Я не прошу милостыню. Мне нужна работа, — хриплым голосом сказала Зинаида Порфирьевна.

— Работа? Да ты себя видела? Ты же еле на ногах стоишь, — усмехнулся трактирщик, окинув женщину взглядом.

Осунувшееся лицо, не потерявшее своей привлекательности, длинные ноги, аппетитные бёдра, правда одна рука и одна нога усохли, а кожа на них пошла буграми, как у старухи, но тем не менее… Тем не менее, трактирщик сально улыбнулся и облизнулся.

— Вижу, тебя жизнь знатно потрепала. Ну ничего. Всё-таки ты красотка. А значит, кое-что да можешь. Предлагаю тебе еду, ночлег и пять тысяч рублей в месяц. Взамен ты будешь согревать мою постель долгими ночами.

Взгляд трактирщика упал на грудь девушки, и ту тут же затрясло. Вот только Зинаида уже не понимала, от чего именно. От отвращения? Злости? Или голода? В этот момент зарыдал её пятимесячный сын, и трактирщик скривился от омерзения.

— Выродку твоему тоже найдётся место. Главное, сделай так, чтобы он прекратил орать. Так что скажешь? Станешь моей подстилкой? — усмехнулся толстяк и вытер полотенцем слюну, проступившую в уголку рта.