Книга Эволюционер из трущоб. Том 7, страница 35 – Антон Панарин

— А если мы будем использовать барьер точечно? Обнаружили воздушные цели — включили барьер. Небо чистое? Значит и барьер не нужен, — спросил я.

— Мы пробовали так делать. При подключении кристалла железяка пожирает кучу энергии. Куда экономичнее поставить кристалл и не трогать его, — пояснил Фрол и засучил руками, связанными за спиной.

— Тимофей Евстафьевич, развяжите его, — попросил я Барбоскина.

Фрол не представлял угрозы ни для меня, ни для Барбоскина. Ведь у него не было оружия, да и магией он не владел. Освободившись от пут, Фрол потёр запястья и уставился на меня.

— Что вы ещё от меня требуется?

— Да требуется не так уж и много. Я бы сказал, всего ничего. Расскажи, где Барс взял этот артефакт?

В комнате повисла гнетущая тишина. Фрол изменился в лице. Это что — стыд? Он потупил взгляд и, вздохнув, начал рассказ.

— После того, как наше подразделение уничтожили, я сбежал в родной город, где и встретил Барса.

— Называй всё своими именами. Ты дезертировал, — зло выплюнул Барбоскин.

Фрол поднял взгляд и с обидой посмотрел на старлея, но ответить было нечего.

— Ага. Дезертировал, — согласился Фрол. — Мы с Романом дружили в детстве, а потом он пошел по кривой дорожке. Стал воровать и в итоге загремел в тюрьму за убийство. Когда мы встретились снова, он только откинулся с зоны. Ну и Барс предложил взять судьбу в свои руки, и самим зажить, как аристократы. А я уже стал дезертиром. Выбора особого не было, так и так мне грозил срок, а может, и смертная казнь. Я согласился.

— Верно говоришь. Тебя бы расстреляли перед строем, да и делу конец, — буркнул Барбоскин.

— Тимофей Евстафьевич, не перебивайте, пожалуйста, — попросил я, устав от постоянных комментариев старлея.

— Гхм, — кашлянул Барбоскин. — Прошу простить.

— Фрол, продолжай, — обратился я к пленнику.

— Ну, так вот. Первым делом мы отправились в исправительную колонию, в которой сидел Барс. Войска оттуда отступили, а колония осталась без защиты в глубине аномалии. Двигались ночью. Прятались от тварей. Избегали открытых мест. Идти пришлось долго. А в один из дней наткнулись на десяток ребятишек от восьми до двенадцати лет. Худые, напуганные, — с печалью в голосе проговорил Фрол.

Он посмотрел в пустоту, как будто увидел там лица этих самых детей, и стыдливо потупил взгляд.

— Они просили взять их с собой, но Барс наотрез отказался. Мол, не хочет с ними возиться. Ну, мы их и послали. Вот только малышне некуда было идти и не на что надеяться. Увязались за нами. Шли мы, шли. До колонии оставался день пути, и мы заночевали в лесу. Я лёг спать, а Барс в дозоре остался. — Вздохнув, Фрол посмотрел на Барбоскина. — Тимофей Евстафьевич, угостишь сигареткой?

— Это твоё последнее желание, или как? — усмехнулся Барбоскин, и вытащил из внутреннего кармана пачку папирос.

— Может, и последнее. Я же не знаю, что у вас на уме, — иронично улыбнулся Фрол, взял папиросу и замялся, так как огонька не было.

Я протянул руку и зажег в ладони небольшое пламя. Фрол благодарно кивнул и поджег папиросу.

— Разбудил он, значит, меня за полночь, и давай нести какой-то бред, — сказал Фрол, выдохнув облако зловонного дыма. — Мол, к нему пришел человек, покрытый шипами, словно ёж, и предложил обменять детей на артефакт. Обещал, что он защитит от влияния зоны, а ещё отгонит тварей. Я сперва рассмеялся. Говорю, ты, часом, не перепил беленькой? Но, глядя в глаза Барса, понял, что он совершенно серьёзно. Расспросил поподробнее и понял, что шипастый — это не просто глюк моего товарища, а Шепчущий. Я тогда ошалел от ужаса.