Книга Эволюционер из трущоб. Том 5, страница 108 – Антон Панарин

Эти кретины — в тайне от Барса — выращивали пауков в той деревеньке и раз в несколько недель наведывались туда, убивали взрослых особей, собирали паутину и продавали её Шульману вместе с тушами тварей.

При этом на ферме оставалась паучья кладка, из которой вскоре вылуплялись новые паучата, которые плели новые сети и умирали через две недели для того, чтобы эти чёртовы «фермеры» стали ещё богаче. А ведь их идея чертовски хороша. Пауки вырастают до полутора метров, но не успевают окрепнуть настолько, чтобы их хитин было невозможно пробить. Получается бесконечный конвейер туш и паутины на продажу.

Единственная опасность — это Барс. Если он узнает о подобной подработке у него под боком, то что он сделает? Закроет на это глаза, так как мы в городе ВОЛЬНЫХ разломщиком. Или же казнит — за создание под боком паучьего гнезда, которое в любой момент может выйти из-под контроля?

Это интересный вопрос, и ответа у меня на него нет. Но я подобный бизнес-план, пожалуй, украду и как-нибудь им воспользуюсь.

К столику подошел официант, забрал грязные тарелки и снова протянул меню.

— Прошу. Выбирайте десерт. Я бы посоветовал тирамису. Наша повариха делает его просто восхитительно, — рекомендовал парень, гремя тарелками.

— Тогда нам десять штук, — сказал Леший, чей желудок был таким же бездонным, как и мой.

— Да вы чё? Ошалели? Я щас лопну, — тяжело вздохнул Макар, которого, судя по всему, уже подташнивало.

— Ага. Мне что-то тоже нехорошо. Ик! — икнул Артём.

— А я от десерта не откажусь, — подал голос Серый и закинул руки за голову.

— Уменьшим заказ до шести порций? — уточнил официант.

— Воины не сдаются перед лицом опасности! Неси десять штук! — саявил я, помахав в воздухе кулаками.

Официант и ребята хихикнули, а вот я внезапно посерьёзнел… Через весь зал в нашу сторону шел бородатый мужик с прищуром и спичкой в зубах. Это был тот самый дозорный, которого Леший послал наху… В смысле, послал.

У дозорного не было при себе оружия, но и без него он выглядел грозно. Первая мысль, какая пришла в голову «Этот ублюдок знает, что Леший не внебрачный сын Барса». Но всё обошлось. Дозорный шел не к нам и, судя по всему, не собирался устраивать скандал.

Он подсел за столик к печальной компании и стал узнавать, как у тех дела. С тоской товарищи поведали об утрате фермы, а ещё о следах на земле… Я опёрся лбом на руку и потупил взгляд, делая вид, что меня здесь нет.

— Ты чего? — встрепенулся несколько осоловевший от сытости Макар.

— Тихо ты. Не отсвечивай, — шикнул я и прислушался.

— Чё? Прям спалили всю ферму? — удивился дозорный, всплеснув руками.

— Выжгли дотла! Ни яиц, ни коров, ни ниток, — пожаловался/посетовал беспалый и посмотрел по сторонам. Было очевидно, что под коровами он имеет ввиду пауков, а под нитками — паутину.

— Это чё получается? Я теперь за молчание не получу свою долю? — поинтересовался дозорный и перекусил спичку пополам.

— Получается, хрен стоит, голова качается. Всё, Игорян. Теперь мы с голой жопой. Да и ты, получается, — пояснил ему беспалый и налил себе ещё стаканчик беленькой.

— Стоп, — сказал дозорный и замер, прокручивая воспоминания в голове. — Сегодня пять сопляков тащили тушу обгоревшего паука. Я тогда не придал этому значения, но сейчас…

Твою мать… Ну какого чёрта? Мы только прижились в Ленске и что теперь? Я посмотрел на ребят исподлобья и кивнул в сторону выхода. По выражению моего лица они поняли, что нужно валить и вопросов задавать не стали. Мы поднялись из-за столика и направились к барной стойке, чтобы расплатиться за ужин, но не успели сделать и десятка шагов, как я услышал крик дозорного: