Книга Эволюционер из трущоб. Том 3, страница 75 – Антон Панарин

— А здесь — это где? — уточнил я, осматриваясь по сторонам.

Навскидку тренировочный пансионат в длину был около пяти километров, и не меньше трёх в ширину. На территории пансионата было озеро, пруд, а дальняя его часть примыкала в водохранилищу, на котором виднелись десятки пристаней с байдарками.

— Мы, Михаил Константинович, на зелёном острове, который уже считается частью Екатеринбурга, хотя пару лет назад был отдельным посёлком. Приехали мы сюда по Ново-Московскому тракту. Впрочем, это не важно. — Гав перевёл взгляд на мою маму и покачал головой. — Можешь не вылезать. Мы уезжаем.

— Можно, я хотя бы сына поцелую на прощание? — обиженно спросила мама.

Гав тяжело вздохнул и кивнул.

— Мишутка, береги себя. Через месяц мы обязательно встретимся и я тебя свожу в цирк. Сможешь всем силачам бороды поотрывать, если захочешь, — пообещала она со слезами на глазах.

Со стороны пансионата послышался гул мотора, на который мы тут же отвлеклись. К нам подъехал двухместный тарантас, выглядящий, как будто какой-то умник решил обычный мопед превратить в машину, но руки у него росли из задницы, поэтому вышло то, что вышло.

На недоразумении конструкторской мысли ехал знакомый мне усач. Углов Иван Викторович. Он, как всегда, улыбался и был в прекрасном расположении духа. Как куратор Тагильского приюта попал сюда, я понятия не имел, да это было и не важно. Углов узнал меня, слез с мопеда и направился к нам.

Раскинув руки, Иван Викторович покачал головой из стороны в сторону, как будто ждал, что я брошусь к нему в объятия. А он совсем не изменился. Всё такой же странный. Среднего роста с мешками под глазами, дурацкими усиками и чёлкой, зализанной набок. Казалось, что он даже на день не постарел с момента нашей прошлой встречи.

— Хо-хо! Михаил Константинович собственной персоной! Как же я рад вас видеть, молодой человек, — сказал Углов и, подойдя ближе, сложил ладони перед грудью. — А вы здорово вымахали. Я-то боялся, что местные хулиганы будут вас шпынять, но теперь вижу, что эти три года вы провели с пользой.

— Да, времени скучать не было, — ответил я и, подойдя ближе, пожал куратору руку. — А вы какими судьбами тут оказались?

— Я? — удивился Иван Викторович. — Когда Ирбит захватили. Приказали все пансионаты перебросить в Екатеринбург, вместе с воспитанниками. Вот и меня выдернули из Тагила и перевели сюда. Ха-ха. Вот такой стремительный карьерный рост получился. Сразу в столицу баронства. — Куратор посмотрел на Гавра, кивнул моей маме, а после снова перевёл взгляд на меня. — Михаил, прощайся с мамой и идём, я тебе всё расскажу и покажу.

— Да, сейчас. Можно сперва один вопрос?

— Разумеется. Что ты хотел узнать?

— А Сергей тоже здесь учится?

— Если ты про Чавычалова, то да, он здесь, — кивнул Углов. — Давай, прощайся и бегом за мной. — Куратор снова одарил маму и Гавра снисходительным взглядом и сказал. — Моё почтение.

После чего направился к мопеду. Я же попрощался с мамой, Гавром и с тоской проводил машину за ворота.

Мопед, шумно тарахтя, подъехал к павильону и остановился.

— Ну, вот и наша первая остановка, — радостно сообщил Иван Викторович.

Двухэтажный павильон представлял из себя глухую бетонную коробку без окон. Ни единого окна, лишь одинокая дверь, над которой расположилась вывеска «Комплекс тактической подготовки».