Книга Эволюционер из трущоб. Том 1, страница 69 – Антон Панарин

— Живой? — устало улыбнулся Гаврилов.

Заглянув в его глаза, я понял: если не помочь, то капитан истечёт кровью.

— На колени, — сказал я тихо и серьёзно.

— Чего? — скривился Гаврилов и закашлялся.

— Ты, котёнок Гаф, и у тебя девять зизней. Сситай, я подалю тебе есё одну, — сказал я и требовательно посмотрел на капитана.

Впрочем, можно было и не просить. Гаврилов потерял равновесие и рухнул на спину. Он попытался подняться, но я придавил его своим тельцем. Забрался сверху и воткнул палец в рану.

— Будет холодно, — сказав это, я выбросил поток маны таким образом, чтобы лёд заморозил только пулевое отверстие, и не проник глубоко в тело. Иначе его сердце могло остановиться.

— Да кто ты тако…? — начал было Гаврилов, но я не ответил, ибо навалившаяся слабость утащила меня в небытие.

* * *

Пять часов спустя.

Нижний Тагил. Операционная.

В стерильном помещении горел яркий свет и мерно пищал датчик, измеряющий давление. Елизавета Максимовна лежала на операционном столе. Взрывная волна сломала рёбра и один из обломков проткнул лёгкое. Врачи напряженно боролись за жизнь женщины.

— Зажим. Отсос. Тампон, — отдавал команды хирург, зашивая лёгкое.

Внезапно датчик запищал быстрее. Елизавета Максимовна моргнула и открыла глаза.

— Илья Петрович, пациентка просыпается! — встревоженно сказала медсестра в момент, когда Елизавета пришла в себя.

Елизавета Максимовна дёрнула левой рукой, но она была пристёгнута к операционному столу кожаным ремнём. Правой — та тоже зафиксирована. Она попыталась закричать, но во рту оказался толстый шланг, через который поступал воздух. Распахнув глаза от ужаса, она уставилась на медиков, не понимая, где находится.

— Всё хорошо, милая. Поспите ещё, — ласково сказал лысеющий хирург и погладил её по волосам.

Справа подошла медсестра и через катетер ввела внутривенно растров. Могильный холод растёкся по телу Елизаветы Максимовны, а в следующее мгновение она уснула.

* * *

Нижний Тагил. Здание ЛИЧп.

(Лаборатория по исследованию человеческого потенциала).

— Занятно. Очень занятно, — говорил кудрявый профессор наворачивая круги вокруг маленького ребёнка, лежащего на столе под белыми лучами ламп.

В руках профессор держал странный прибор, напоминающий указку, но это явно была не она. Предмет жутко фонил маной. А при прикосновению к телу ребёнка, он начинал излучать голубоватое свечение. В дальней части лаборатории располагался компьютер, на экране которого было лицо главы рода Архаровых.

— Ну что там? — нетерпеливо спросил Константин Игоревич.

— Одну минутку. Почти готово, — протянул профессор, нарисовав пальцем на лбу мальчика пару замысловатых рун. Они полыхнули синим и исчезли. — Ну, что я могу сказать? Тот, кто проверял парня ранее, форменный идиот. У мальчишки ярко выраженная предрасположенность к магии льда. — Профессор поправил очки и посмотрел на монитор. — А ещё магические каналы развиты очень недурственно. Такими каналами даже не каждый пятилетка сможет похвастаться.

— Наконец-то, — с облегчением выдохнул Архаров. — Я так долго ждал.

— Константин Игоревич, у парня отличные задатки. Возможно, он даже станет сильнейшим в роду. Вот только мальчик заработал сильное истощение и пролежит пластом как минимум всю следующую неделю.

— Это не важно. Главное, что он жив, — отмахнулся Архаров, погрузившись в размышления.