Книга Эволюционер из трущоб. Том 1, страница 120 – Антон Панарин

Клык болотника блеснул в темноте и вонзился в ладонь Прохорова, которой он вовремя прикрылся.

— А-а-а! Чего вы стоите? — завопил Артём и с лёгкостью перекинул меня через себя.

Я кувыркнулся, плюхнулся спиной в лужу и тут же вскочил на ноги. Вот же, зараза. Один против троих. Почему против троих? Потому что Остап не пытается на меня напасть. Он обхватил шею Сергея и делает вид что держит его, на самом же деле он его удерживал от падения. Серёга от полученных ран едва стоял на ногах.

В прошлой жизни я навсегда запомнил одну вселенскую истину. Если противник намного ниже тебя, то это не значит, что он слаб. Это значит, что он с лёгкостью может отбить тебе промежность. В одном из кабаков я видел, как карлик отлупил двух огромных кабанов. Это было нечестно, скажете вы? А какая может быть честь в том, чтобы нападать на карлика?

Вот и сейчас я превратился в этого самого карлика. Один — против толпы. Слева полетел кулак, метя мне в ухо, я не стал уклоняться, просто сделал шаг вперёд и ударил коленом.

— Уй… — запищал парень и согнулся в три погибели.

Со спины напал ещё один и начал меня душить. Идиот. Немного сместив тело в бок, я, словно горилла, ударил основанием кулака ему в пах. Захват тут же разжался для того, чтобы я получил первый удар. Прохоров с разбегу всадил ногой мне в живот.

— Хэээ! — выдохнул я, падая на колени и почувствовал, как меня тянут вверх за волосы.

— Сейчас я выжгу тебе глаза, и тогда ты больше не сможешь меня подставить, — усмехнулся Прохоров, и его окровавленная рука снова засветилась, испуская жар.

Я попытался оттолкнуть его, увы, ничего не вышло. Оказалось, что пятилетка намного сильнее, чем я предполагал. Попытался и его пнуть в пах — не дотянулся. Пламенная ладонь рванула в мою сторону и…

Вы когда-нибудь видели совершенство? В какой области? Да в любой. Когда ты видишь его впервые, то сразу понимаешь, что за этим стоит огромный труд. Кто-то скажет, что важен не труд, а талант, гениальность. А я скажу, что в прошлой жизни я не обладал гениальностью, впрочем, как и в этой. Зато я был гением труда. Трудился столько, сколько другим и не снилось. И Серёга точно такой же, как я.

Только что едва державшийся в вертикальном положении, он вдруг резко швырнул Остапа через бедро, потом за долю секунды оказался рядом и пробил такой удар в челюсть, что я увидел, как молочный зуб Прохорова стремительно улетел за чернеющий горизонт. Это было красиво. Само совершенство. Взгляд Артёма стал мутным, а ноги обмякли. Он, словно кукла, плюхнулся в грязь и продолжал смотреть перед собой.

— Что я наделал? — прошептал Сергей, глядя на Прохорова.

— Не стой столбом! Дёлу отсюда! — закричал я, схватил его за руку и поволок в лабиринт.

Петляя между голого кустарника, мы выбежали на освещённые дорожки и помчались в сторону пансионата. Никто из преподавательского состава не обратил на нас внимания, так как сейчас все ученики носились по парку и сходили с ума. Я затащил Сергея внутрь и тут же повёл в лазарет. Он упирался, но я настоял.

— Да не надо. Со мной всё хорошо.

— Холошо? Да у тебя вся глудь в ожогах! Не мели елунды!

Нехотя он последовал за мной. Мы застали дородную медсестру в дверях. Она собиралась закрыть лазарет и отправиться домой.

— Мой длуг получил ожог. Нужна ваша помощь, — сказал я и толкнул Сергея вперёд.