Книга Не грози Дубровскому! Том Х, страница 107 – Антон Панарин

Мы двинули дальше, но через квартал наткнулись на новых продавцов порталов. Над нашими головами открылись портальные арки, из которых рухнули шесть бойцов в точно такой же форме, какая была у усача.

— Вот же идиоты. Настойчивые, — ухмыльнулся я и потянулся к мане, но было поздно.

Маги открыли порталы со всех сторон. Говоря со всех, я имею ввиду что нас заперли в кубе из порталов. Прыгнешь? Влетишь в портал. Останешься на месте — упадёшь в портал. Слева, справа, спереди и позади — тоже порталы. Одним словом, такое навязчивое приглашение, что от него невозможно отказаться.

Я не стал сопротивляться и мы с Любавой просто провалились в синюю арку. Дневной свет сменился сумраком, освещаемым лишь тусклыми факелами, висящими на стенах. Просторное помещение в длину было около пятидесяти метров. Ха! А вот и усач. Он стоял за спинами сорока магов, которые рассредоточились по помещению, взяв нас в кольцо.

— Какие-то навязчивые продавцы порталов в Иркутске, — пожаловалась Любава, зыркая по сторонам.

Но усач недолго стоял за спинами. Сделав пару шагов вперёд, он заговорил кажется на польском. Речь его была пафосной и, если опустить весь лишний трёп, то он сказал «Дубровский сволочь, за экономическую агрессию в адрес Польши, ты приговариваешься к смертной казни. Приговор будет приведён в исполнение немедленно».

А дальше… А дальше всё пошло по стандартному сценарию. Со всех сторон хлынул бурный поток заклинаний, большинство из которых я принял на барьер из лоз и костей. Кстати, с последнего раза я модифицировал и барьер. Теперь он был не только защитного типа, но одновременно мог и атаковать, ведь на нём я вырастил кактусы, облепленные некротическими иглами.

Мы с Любавой прячемся за барьером, а с другой стороны умирают вражеские солдаты. Ишь, чего удумали. Приговорён к смертной казни. Вы для начала попробуйте исполнить приговор. Клоуны. Через тридцать секунд в воздухе разлилось зловоние разлагающейся плоти. Судя по всему, усачи закончились.

Я снял барьер и огляделся по сторонам. Так и есть, никого не осталось. Хотя, нет. Вон по ступеням уже бегут новые. Пока я их не вижу, а только слышу. Ну да ничего. Пусть бегут, я им устрою тёплый приём. Я потянулся к мане и создал ворох шипастых лоз, которые рванули вверх по лестнице, а позади меня раздался чавкающий звук от которого мурашки пробежали по коже. Любава!

Обернувшись я увидел что тоненькая ручка Любы прошила насквозь седого мужчину лет сорока и вышла у него из спины. Мужик держал в руке отравленный клинок, но донести его не успел, смерть настигла его раньше. Любава, как завороженная, смотрела то на свою окровавленную руку, то на застывшее лицо седовласого.

Твою мать. Вот и погуляли в Иркутске. Теперь Любава может ставить на поясе первую зарубку. Один поверженный враг у неё уже имеется. Хотя в этом мире ей рано или поздно пришлось бы защищать свою жизнь и лучше рано, чем поздно. Тем более что тут я за ней приглядываю. С другой стороны, я проморгал приближение этого выродка. Да и ударить кинжалом он хотел меня, а не Любаву. Выходит, это она за мной приглядывает?

Со стороны лестницы раздались вопли, наполненные болью и ужасом. Судя по ощущениям передаваемым лозой, там полегло не меньше сотни бойцов. Но что-то мне подсказывает, что это далеко не все силы, какие есть у противника.