Книга Не грози Дубровскому! Том IX, страница 72 – Антон Панарин

— Хе-хе. Обожаю гайдзинов. Приезжаете со своих континентов и сорите деньгами, как будто это мусор. — Усмехнулся Онидзука и покачал головой. — Через десять минут подам первую порцию.

— А чем тебе гайдзины не угодили? — Спросил я.

— Ты не понял. Я говорил серьёзно. Я обожаю, когда вы заходите в мою лавку. Благодаря, таким как ты я могу отлично жить и кормить своих детей.

У-у-у! Собака! Ну ты нарвался! За такие слова, я отплачу тебе отличными чаевыми.

Спустя десять минут Онидзука подал нам по порции говядины, свинины и курятины. Тонкие ломтики с золотистыми полосками оставленными раскалённой решеткой. К мясу прилагался соус из смеси местных овощей и специй. Должен признать соус идеально подходил для этих блюд.

Я ел с аппетитом, запивая всё это сладковатым напитком из измельчённых листьев алоэ с добавлением тростникового сахара. Крайне необычный, но вкусный напиток. А вот Ода… Ода сидел и прожевывал каждый кусочек по полчаса, при этом он чуть ли не плакал.

— Перчённое попалось? — Поинтересовался я.

— Нет. Пвофто офень вкуфно. Мяфо ф японии офень довогое и мы мофем пофволить его фебе пару раф ф год. А вы уфтроили мне прафник. Фпафиба. — Чавкая сказал Ода и в его глазах я увидел блеснувшую слезу.

— Хозяин! Повтори заказ! — Тут же выкрикнул я подняв руку.

— Сделаю! — Радостно отозвался Онидзука.

Посетители забегаловки были шокированы тем что я кормлю за свой счёт не только Оду, но и его волчонка. А Киба жрал не меньше чем я и Ода вместе взятые. Видимо подумал что второго такого шанса может и не предоставиться.

Спустя час Ода доблестно сражался запихивая в себя остатки креветок обжаренных в раскалённом масле. Ему было плохо, он давился, но продолжал жевать.

— Если не лезет, то ничего страшного. — Я попытался остановить его.

— Нет, я должен отплатить за вашу доброту съев всё без остатка. — Сказал Ода и не сдержавшись громко рыгнул. — Простите.

— Может Киба поможет…? — Хотел сказать я.

Посмотрев на волчонка, я лишь покачал головой. Он валялся кверху брюхом, разбросав лапы во все стороны и тихонько посапывал. Обожрался бедолага.

— Хозяин! Заверни нам остатки с собой. А то этот самурай не переживёт сражение с едой. — Выкрикнул я вызвав улыбку на суровом лице Онидзуки.

— Спасибо. — Снова поблагодарил Ода и громко выдохнул.

— Слушай, а что у тебя за клинок такой? Можно посмотреть? — Спросил я кивнув на катану которую Ода защищал ценой жизни.

Самурай без сомнений протянул мне клинок.

— Жизнь самурая это его меч, а вы спасли мою жизнь, значит можете забрать её вместе с мечом в любое время. — Ода толкнул довольно пафосную речь, но я не стал смеяться. В Японии многие перебарщивают с эмоциями.

Взяв клинок в руки, я потянул рукоять вверх слегка обнажив лезвие. Острие было многогранно словно изысканный бриллиант с сотнями граней. Довольно занятный артефакт. Если влить в него немного маны, то катана начинает светиться синеватыми лучами, готовыми в любую секунду сорвутся с лезвия порубив всё вокруг.

— Этот меч отковал великий мастер Масамунэ на горе Асахидакэ. Он закалил клинок в крови тысячи демонов. Позднее он сразил дракона, что позволило запечатать в катане душу крылатой твари. Меч носит название «ревущий клинок владыки вод». — С благоговением в голосе просветил меня Ода.