Книга Не грози Дубровскому! Том VIII, страница 77 – Антон Панарин

Мы переместились ко входу в шахту которая располагалась у подножья неизвестной мне горы. Вход перекрывал магический барьер, от которого исходил мощный поток энергии.

Даже интересно, сможет мой вьюнок сожрать её и открыть мне путь или нет? Жаль что я на экскурсии, и тем более в гостях у друга. А то бы я поэкспериментировал.

Слева стояла табличка «Шахта запечатана, по всем вопросам обращайтесь к роду Картаполовых.». Миша подошел к табличке и приложил к ней перстень. Барьер замерцал и исчез.

— Запечатали вход. Местные вечно лезли в шахту, думая что тут до сих пор можно добыть серебро. В итоге погибали как мотыльки летящие на пламя. То в яму упадут, то газом отравятся. — С горечью и раздражением сказал Михаил.

— Каким ещё газом? — Насторожился Олег.

— Раньше в шахте работало много народа, но шахта истощилась. Стали рыть новые ответвления в поисках минералов и наткнулись на газовые ниши. Шахтёр пробьёт такую и копает себе дальше, даже не замечая что сознание мутнеет. А потом травится вместе со всей артелью. А иногда и того хуже. — Пояснил Картаполов.

— Да куда уж хуже? — Вспотел Олег от мысли о невидимом убийце.

— К сожалению есть куда. Порой вместо фонарей брали с собой масляные лампы. Так вот из-за этих ламп происходили взрывы, а после и обвалы в которых гибли десятки человек. Ну и пока обвалы расчищали, шахта простаивала. Приходилось закупать канареек. Если птички поют, значит всё в порядке. Если сдохли, значит пошел газ и работать больше нельзя. — Картаполов на секунду задумался и добавил. — На всякий случай не используйте магию и всё что горит. А то мало ли…

— Все слышали⁈ — Выкрикнул я обведя взглядом толпу, окружившую нас. Конструкторы закивали гривами. — Вот и славно. Заходим!

Картаполов пошел первым. Он достал из кармана артефакт излучающий синеватое свечение, которое разлилось по шахте осветив всё вокруг. Свет отражался от сосулек свисающих с потолка и заполнял собой остальное пространство. Забавно, я думал это будет узкий проход ведущий вглубь горы, но нет.

Трёхметровый потолок укреплённый деревянными балками, в ширину проход не меньше пяти метров. Да и в целом шахта выглядела добротной. Такая ещё сотню лет простоит. Если никто не подорвётся на газовой нише и не обрушит всё к чёртовой матери.

Дорога закручивалась спиралью и спускалась всё ниже и ниже. От основной ветки в сторону уходили десятки тоннелей и терялись в темноте.

Конструкторы то и дело смотрели вверх опасаясь падения сосулек. Такая если упадёт, то прошьёт насквозь. Здесь, конечно холодновато. Каждый выдох сопровождается облачком пара. Каждый шаг эхо уносит вглубь шахты. Внезапно Картаполов остановился и сказал:

— Мы пришли.

Он указал в сторону неприметного тоннеля слева. Войдя внутрь, я сразу заметил десятки открытых клеток, на полу которых красовался лишь голый камень, да следы въевшейся крови. А на стенах тут и там виднелись борозды от ногтей. В каком же отчаянии были пленники, что смогли ногтями поцарапать камень?

Да уж… Папаша Михаила был тем ещё зверем. Условия содержания здесь мягко говоря суровые. Мог бы хоть соломки постелить. На ледяном камне спать та ещё пытка. В такой тюрьме даже здоровый человек быстро заболеет и лишится жизни. Что уж говорить про калеку? Тихон Тихонович мать твою… Как ты тут вообще выжил?