Книга Не грози Дубровскому! Том VI, страница 120 – Антон Панарин

— Виктор Игоревич. У вас остались какие-то вопросы к моему сыну?

— Иван Васильевич, вы, как всегда, проницательны. Мне нужно чтобы Ярополк взял трубку, и рассказал вашему старому другу о том, как Богдан заставил его присягнуть на верность роду Быковых. Друг, о котором я говорю, это Быков Георгий Александрович. Кстати, вы на громкой связи.

Услышав голос Зуброва, брови Быкова от удивления поползли вверх.

— Иван Васильевич. Если узкоглазый прицелился и бьёт… — Сказал Быков и затих.

— Значит он промажет, косоглазый идиот. — Закончил фразу Зубров и оба засмеялись. — Проклятье, сколько лет я не слышал твой голос? Гошка, говорят ты там князем стал. — Весело пробасил Иван Васильевич.

— Есть такое. — Горько ухмыльнулся Быков понимая, что мои слова не были пустым трёпом.

Я позволил друзьям потравить байки полчаса, а после прервал разговор, попросив, позвать Ярополка. Ярополк десять минут рассказывал с голосом наполненным чувством вины о том, как его шантажом и угрозами заставили дать присягу. Услышав всё что нужно, я положил трубку.

— Всё это странно… — Прошептал Быков, было заметно что сомнения поглотили его. — Должно быть это какая-то ошибка. Моего сына могли подставить. Или околдовать…

— Георгий Александрович. Никакой ошибки нет. Всё именно так как я говорю. Заодно посмотрите вот сюда. — Я передал ему лист бумаги.

— И что это? Смета какая-то? — Недовольно спросил Быков.

— Богдан пять лет назад купил яд. В это же время ваше здоровье начало стремительно ухудшаться. Понимаете, куда я веду? Ваш сын травил вас долгих пять лет, подмял под себя дела рода и начал пробиваться на вершину, не гнушаясь ничем на пути к мнимому величию. А эта «смета» как вы сказали, является документом подписанным маной вашего сына, а ещё посмотрите в правый нижний угол. Видите, там красный отпечаток пальца? — Видя как нахмурились брови Быкова я продолжил. — Верно, это кровь, ваш сын оставил её там как гарантию того, что контрабандист продавший яд, останется жив и Богдан не попытается его убить.

— Посмотри на себя Дубровский. Ты омерзителен. — Устало выдохнул Быков, хотя по его голосу чувствовалось что это последняя попытка к сопротивлению. — Пытаешься стравить нас сыном? Да я никогда в жизни не поверю, что мой сын мог меня…

— Георгий Александрович, а я и не прошу вас верить. Вы же маг крови, проверьте отпечаток. Уж вы-то точно сможете понять родная это кровь или нет. К тому же вы разумный человек и понимаете, что вас лечили пять лет и вам становилось только хуже. А как только я утащил вас подальше от ваших «лекарей», вы тут же пошли на поправку. Всего лишь жалкая пара дней и вы полны сил. Пять лет лечения и одной ногой в могиле. Задумайтесь. Совпадение ли это? Впрочем, давайте выслушаем ещё одного человека, и я от вас отстану. — Подойдя к двери, я открыл её и сказал. — Заходи.

В палату вошел Тунгус и сходу начал рассказ желая как можно скорее вернуться к любительнице варенья, но я его остановил.

— Георгий Александрович, вы владеете магией крови, ну так используйте контроль крови. По сердцебиению сможете понять врёт мой человек или нет.

Взмахнув рукой, я развеял лозы, сковывающие пленника и тот одним ловким движением рассёк себе запястье. Кровавые нити рванули к Тунгуса и пронзив кожу подсоединившись к кровотоку и подняли его над землёй.