Книга Не грози Дубровскому! Том VI, страница 11 – Антон Панарин

— Мой рассказ будет сухим и неинтересным. А вот Евдакия Павловна сможет провести экскурсию лучше, чем кто-либо.

Я указал на улыбающуюся старушку и она, кивнув, начала экскурсию:

— Следуйте за мной.

Группа проверяющих двинула вглубь фабрики. Заглядывали даже в мельчайшие щели выискивая нарушения, но таковых не было. Переходя из цеха в цех, они не могли ни за что зацепиться.

Как только кто-то из проверяющих пытался отделиться от группы, его тут же перехватывал либо Степан, либо Вадим. Одним словом, у дорогих гостей не было и шанса хоть что-то сломать или подбросить.

— Ладно, по помещениям и оборудованию у меня вопросов нет. Покажите документацию. — Деловито сказал министр и искоса посмотрел на Панфилова.

Присутствие князя его очень нервировало. Ведь если бы здесь не было Панфилова, Святогор Тимофеевич показал бы себя во всей красе. А так приходилось сдерживаться, ведь он не хотел, чтобы в аристократических кругах про него пошли правдивые слухи. Всегда проще хамить и нарушать закон исподтишка, чем в открытую.

Евдакия увела делегацию копаться в документации, а я, закатав рукав посмотрел на часы. На циферблате восемь часов. Новый виток испытаний начнётся ровно в девять. Нужно как можно скорее заканчивать этот фарс и отправляться в академию. Не хочу упустить первое место из-за этого Плющовского прихвостня.

— Святогор Тимофеевич, ну что скажете? Как вам наша фабрика? — Спросил я в момент, когда министр покинул бухгалтерию.

Евдакия выпроводив гостя смахнула со лба несуществующий пот, показав, как он её достал.

— На первый взгляд всё в порядке. А что у вас там? — Святогор Тимофеевич показал пальцем на дверь блока, в котором шла разработка эликсиров для Орлова.

— Это засекреченный объект. Информацию о нём, я не в праве разглашать. — Серьёзным тоном сказал я.

— Что значит не в праве? Я министр, а не какой-то жалкий халдей. Вы покажете всё что меня заинтересует. Живо открывайте дверь, пока я не приказал моим людям вскрыть её для досмотра. — Надувшись прошипел Святогор Тимофеевич, чувствуя, что нашел причину, по которой сможет закрыть фабрику.

— В закрытый блок я вас не пущу. Там разрабатываются препараты государственной важности. Они засекречены. При всём уважении, но ваша должность не сможет открыть эту дверь.

— Святогор Тимофеевич, мой компаньон говорит чистую правду. Прошу вас охладить свой пыл… — Попытался вступиться за меня Панфилов, хотя он сам был не в курсе того, что разрабатывается в закрытом блоке.

— Семён! Разнеси эту дверь к чёртовой матери! — Рявкнул министр, оттолкнув Панфилова.

Смотря на эту жирную свинью, перешедшую все границы дозволенного, я едва сдерживался. Очень хотелось призвать дубовые листья и срезать с него пару сотен лишних килограммов. Панфилов растерянно посмотрел на меня как бы спрашивая: «что происходит?».

— Святогор Тимофеевич. — Окликнул я министра стальным тоном. — Если вы хотите получить доступ в закрытый блок, то вам следует обратиться за разрешением к графу Орлову Даниле Андреевичу. Мы по его просьбе производим разработку препаратов государственной важности.

— Какие к чёртовой матери препараты⁈ Если вы прямо сейчас не откроете чёртову дверь, то я закрою вашу богадельню! — Взвизгнул министр, перейдя на ультразвук и посмотрел на своих подручных, к шеям которых были приставлены клинки Степана и Вадима.