Книга Не грози Дубровскому! Том V, страница 8 – Антон Панарин

Не знаю сколько времени прошло, но вибрация прекратилась. Я с опаской развеял лозы, закрывавшие мою нору и оттолкнувшись ногами от дна, вытолкнул себя на поверхность. Боль в плече огненной волной раскатилась по всему телу. А когда я приземлился на камень, то и сломанные рёбра дали о себе знать.

Перевернувшись на бок, я осмотрелся. Каменных стен вулкана больше не существовало. Некротика срезала их с хирургической точностью. Радовало, что этот бушующий поток не пробудил поверхность вулкана, иначе я бы точно не дожил до момента когда артефакт истратит всю накопленную энергию смерти.

Каменная поверхность стала идеально гладкой, а в её центре стоял пенёк высотой не больше метра. Двухсотметровый исполин, сгорел в некротическом шторме оставив после себя это? Твою мать. Да я выжил лишь чудом. Спасибо Игдре за то, что решил полакомиться моей силой, если бы не вырытая им нора, то… То я погиб бы, как и отец Грувдара…

От Урфина не осталось даже пепла. Вот тебе и артефакт божественного уровня. Прихлопнул двух божеств за раз. Но стоит отдать должное могучему дубу. Он спас своего сына, а заодно и меня. Уверен он знал, что идёт на верную смерть. Но поступил как настоящий воин. Как настоящий отец.

Я посмотрел на перстень, свечение которого стало тускнеть. Видимо род перешел по наследству к Грувдару, а он сейчас настолько ослаблен, что едва может поддерживать форму доспеха.

Уперевшись в колено, я с трудом поднялся и шаркая пошел в сторону пенька оставшегося от Игдры. Нельзя терять сознание, пока не убежусь что эта тварь подохла.

Сделав пару шагов, я едва не рухнул лицом вниз. Потянувшись к хранилищу, призвал меч Крабова и использовал его вместо трости. Упираясь в каменную поверхность лезвием, идти стало немного легче.

Все пробои, из которых лезли изменённые, сгорели в некротическом вихре. Чему я был несказанно рад. Я сейчас едва могу двигаться. Проклятье, да я сейчас бы не смог справиться даже с обычным зараженным.

Пока шел к огрызку оставшемуся от Игдры, я не сводил с него взгляда. Почерневший ствол дерева едва заметно вздрогнул. А может это, плывёт у меня перед глазами? Усомнился я в увиденном, но ствол опять дрогнул.

Я ускорил шаг, ощущая, что это не сулит ничего хорошего. Пенёк трясся, как будто изнутри кто-то пытался пробиться наружу. Неужели эта мразь жива?

Мне оставалось сделать десяток шагов до пенька, когда его поверхность треснула, а через мгновение с хрустом разлетелась в стороны. Игдра в человеческом обличии выпрямил спину и надрывно дыша помог себе вылезти из укрытия.

— Да когда ты уже сдохнешь, ублюдок⁉ — Прорычал я ковыляя из последних сил.

— У меня тот же вопрос. — Задыхаясь с ненавистью выплюнул Игдра, и отвернувшись заковылял вдаль.

На ходу он чертил в воздухе замысловатые символы, что явно давалось ему нелегко. Плетение десяток раз сбивалось, и он начинал заново. С каждой секундой он всё сильнее замедлялся, а я становился всё ближе.

Впереди возникло свечение и из лоз, усыпанных зелёными листьями, сплелась портальная арка. Эта мразь хочет сбежать! Я рванул к нему из последних сил. Шаг, второй, третий. Игдра заносит ногу, чтобы войти в портал и мой клинок пронзает его насквозь. Я оступаюсь, и мы валимся в портал.

Яркая вспышка ослепляет на миг, а через минуту мы падаем в лужу между каменными домами. Здесь тепло, светит солнце. А ещё хрипит, кашляя кровью мой враг.