Книга Не грози Дубровскому! Том III, страница 55 – Антон Панарин

Вася ранее не участвовал в наших бойнях и поэтому воспринял как оскорбление моё предложение чтобы они атаковали меня вчетвером. Но так было даже лучше. Когда Ершов зол, он особенно активно атакует, а это мне и нужно.

На этот раз я взял одноручную булаву и щит. А ребята вооружились привычными для себя клинками.

Бой начался со стремительного рывка Ершова. Он попытался уколоть рапирой в солнечное сплетение. К его несчастью, я уже накинул покров маны, усиление, а заодно использовал артефакт Зуброва.

Булава врезалась в рапиру и сломала её пополам, отбросив Васю в сторону. Не веря своим глазам, он уставился на меня и тут же рванул за новым оружием. Первым прикрыть товарища решился Лев. Двуручный клинок засвистел в воздухе метя мне в бок. Не желая уклоняться, я встретил его удар своей булавой.

Двуручная оглобля жалобно звякнула и попыталась улететь в сторону. Но Лев вцепился в неё изо всех сил из-за чего его развернуло вокруг своей оси, и он плашмя плюхнулся на песок. Насмешливая улыбка сама собой возникла на моём лице. Увидев её, друзья пришли в ярость и набросились с четырёх сторон.

Клинок Оболенского я принял на щит, да так, что Гришу откинуло назад. Картаполов хотел воспользоваться секундной заминкой и ринулся вперёд, прикрываясь щитом. Шагнув вперёд, я пнул Михаила в щит, и он улетел, кувыркаясь по песку.

Забавно. По началу я недооценил артефакт Зуброва. Но чёрт возьми. Эта безделица усиливала массу моей атаки десятикратно. Если я попадал по оружию противника, то оно либо ломалось, либо стремительно вылетала из рук. А что будет если я попаду булавой по живому человеку?

— Всё Дубровский, хватит издеваться! — Возмутился Оболенский, бросив меч на землю. — Не знаю, чем ты занимался с последней нашей тренировки, но дури у тебя хоть отбавляй.

— Да, у меня до сих пор руки дрожат после его удара. — Сказал Лев потирая предплечье.

— А у меня похоже вывих. — Миша продемонстрировал стремительно опухающую руку. Упс… Похоже я перестарался.

Мы отвели Картаполова в лазарет. Я заглянул в кабинет и извинился за то, что в этот же день подкинул работы Славику. Тот покачал головой и показал жестом, что с меня магарыч.

Пришлось призвать Клювика и дать ему пару купюр. После чего я перехватил контроль над его телом и слетал в лавку купив там две бутылки дорогого коньяка. Нужно было видеть глаза торговца, когда птица положила деньги на прилавок и ткнула клювом в ценник.

Одна бутылка перекочевала к Славику, а вторую Клювик отнёс в мой номер.

Подлечив Мишу, мы перекусили и разошлись по домам. Завалившись в номер, я застал Грувда пялящегося на коньяк.

— Свали. Это не для тебя.

— Грувд, Грувд. — Обиженно скакал древень и показав мне язык странной формы, ушел в свою комнату.

Я спрятал бутылку в рюкзак и закинув его на плечи телепортировался в управление службы безопасности. Трифонов уже собирался уходить из своего кабинета, когда я нагрянул в гости.

— Вадим Иннокентьевич, я на пару минут зайду?

— Дубровский? Если на пару, то заходи. — Трифонов устало посмотрел на часы и положив бумаги в сейф, запер его. — Ты по какому вопросу?

— По булькающему. — Усмехнулся я и поставил на стол коньяк.

— Ты чего это? Убери, быстро. — Строго сказал он.

— Вы сами сказали, что просто так к вам никто не заходит. Ну так вот я зашел. Стаканы есть?