Книга Не грози Дубровскому! Том III, страница 4 – Антон Панарин

Адская боль разлилась по телу, когда я врезался в стену и рухнул на песок. Кашель сдавил грудь, а изо рта потекла кровь. Попытался вдохнуть, но ужасная боль прострелила в боку. Похоже рёбра сломаны. Ха. И что? Это конец? Я усмехнулся и уперевшись в колени, скрипя зубами от боли, встал на ноги.

Всё тело дрожало от боли и адреналина. Маны было хоть залейся, а вот сил её использовать почти не осталось. Вместе с этим Грув потерял сознание и осыпался на землю кусками коры. Проклятье. Если сейчас пальнут арбалетчики, я покойник. Оскалившись окровавленными зубами, я потянулся к мане.

Позади гигантской твари возник росток и стремительно бросился ей в ноги. Вьюнок-повелика оплёл задние лапы королевы обездвижив её, попутно он высасывал из твари ману, а возвращал ей столь желанную некротику. Королева завизжала, призывая своих детей на помощь и группа крысолюдов разделилась. Сотня продолжила бежать ко мне, а остальные бросились освобождать свою мамашу.

Воспользовавшись секундным замешательством, я создал в ладони три плода Хуры и швырнул в накатывающую волну тварей. Плоды взорвались, разбросав по округе семена. Из них выросло тридцать деревьев, перегородивших путь тварям. Правда росли они не так плотно, как хотелось бы и крысолюды лишь немного замедлились.

Волна разбилась на мохнатые ручейки, пробирающиеся сквозь деревья. Грызуны скалились, истошно пищали и брызгали слюной, обещая прикончить меня, как только сумеют до меня добраться. Вот только они не успеют.

Я зачерпнул всю полученную от королевы ману и направил её в деревья, которые резко начали меняться. Короткие шипы удлинились, протыкая крыс насквозь, корни деревьев вырвались из песка и хлестали грызунов ломая им кости. А вместе с этим поверхность песка укрыл тонкий ковёр из терновника.

Крысолюды отпрыгивали в стороны словно блохи, пытаясь увернуться от смертоносных корней. Но натыкались на шипы и жутко визжали в предсмертной агонии, пока их пожирала некротика.

Терновый ковёр вырвался за пределы растущих деревьев и пополз к королеве, которую успели освободить от пут. Королева, не обращая внимания на шипы, ранящие лапы, рванула ко мне. А её верные крысолюды побежали следом за королевой, на верную смерть.

Крыса на всём ходу врезалась в дерево Хуры и без труда опрокинув его побежала дальше. А вот мне бежать было некуда, ведь я уже прижат к стене. Хотя выход есть всегда.

Когда между нами оставалось меньше двадцати метров, я рванул навстречу королеве. Огромная пасть ощерилась острыми резцами, желая заглотить меня целиком. Но в последний момент я отпрыгнул влево и рубанул мечом по мохнатому боку. Кровь хлынула на песок, а богиня, не успевая затормозить продолжила бежать и врезалась в стену.

Я сумел выиграть пару секунд, но оказался в клещах. Позади королева крысолюдов, а впереди пять десятков крыс, едва ковыляющих мне навстречу. Лапы грызунов разложились до самой кости и единственное, что заставляло их идти, так это верность королеве.

Я засмеялся и вложил меч в ножны, он больше мне не потребуется. Зачерпнув остатки маны, я потянулся к сердцу проклятого. Некротика бурным потоком побежала по моим каналам, и я соединил её с маной, после чего запустил тонкие сгустки энергии в тела умерших крысолюдов.

Дёргающиеся туши вскочили с места и набросились на своих ещё живых собратьев, разорвав их на куски. Пока гибли остатки верных воинов, королева встряхнула головой, запищала и в два прыжка добралась до меня. В воздухе она резко крутанулась, рубанув хвостом, но на этот раз я был готов.