Книга Цена измены. Вернуть жену, страница 68 – Юлия Рябинина

— А ты и не нужна, Ась. Ты разве этого еще не поняла? Моей матери нужен внук. Здоровый, крепкий ребенок, которого ей сможешь родить ты, – пренебрежение во взгляде Вадима хлестко бьет по самолюбию.

Сконфуженно сутулюсь. Вжимаю голову в плечи. Обхватываю себя руками.

Как я столько лет, живя рядом с Вадиком не замечала, откровенного коварства по отношению ко мне с его стороны и со стороны свекрови.

Ведь это невозможно было столько лет так умело все скрывать. Или… возможно?

— Я тебе говорил, что не хочу ребенка. Разве не ты меня не слушала?! Неужто думала, что моя мать приняла тебя к нам в семью без какой-либо подоплеки?! – Вадик делает несколько широких шагов в мою сторону, приближаясь стремительно.Я же стою и с места сойти не могу. Шокированная его откровениями. Муж подходит ко мне близко, жестко хватает двумя пальцами за подбородок, дергает вверх, заставляет поднять глаза на него.

— Ты тупая курица по жизни, Ась. Ничего вокруг себя не замечаешь. И этим грех было не воспользоваться. Поиметь тебя, а потом через время выбросить…

— Семь лет, Вадик. Ты жил со мной семь лет… – с силой разлепляю губы.

— Семь лет я имел тебя, Ась, а не жил. Ты сама виновата в том, что произошло. Мне когда мать поставила условия жениться на тебе, первое что хотел сделать – это свернуть тебе шею. Без обид. Я тебе возненавидел сразу, но условия родительница выставила жесткие. Пришлось смириться. И я даже уговорил себя, что ты ничего, если не приглядываться. Жить можно. Я ж у матери единственный сын. Единственный наследник и продолжатель рода. Шалашовки, так она называла девочек которые вокруг меня крутились, ее не устраивали, она хотела в невестки такую как ты. Смиренную, дурненькую, немного туповатую и самое главное девственицу. Ты полностью подходил под этот образ.

— Прекрати… Я не хочу тебя слушать, – кусая губы, уперлась ему в грудь руками.

— … мне ничего не оставалось делать. Пришлось пойти на условия мама. Иначе она просто лишила бы меня всего…

— Чего всего Вадим, у тебя же ничего не было и так…

— Ты дура, Ась, раз до сих пор не поняла, что я обманывал тебя. Скрывал правду…

— Но зачем, Вадим?! Если у вас есть деньги, то зачем мы с тобой влезли в эту сраную ипотеку, почему твоя мама просто не купила тебе квртиру? Почему?

— Идиотка совсем, да? Или корчишь ее из себя? Потому, что если бы купила, ты превратилась в таких же как и твоя подружка Алиса. Тебе как и ей нужны были бы от моей матери только деньги….

Он зло отталкивает меня:

— Надоело, ты и правда тупая или только притворяешься? Ладно, мне нужно уйти. Но я скоро вернусь. И хватит уже кривляться, Ася. На меня вот это все никак не действует, – морщится Вадим. – Если обещаешь, что будешь вести себя примерно. Матери звонить не буду, а если вдруг решишь выкинуть какой фокус, то это можно исправить.

Я захлебываюсь собственными слезами вперемешку с удушающими эмоциями. Я на грани нервного срыва, остро ощущаю, как он нещадно рвет мои нервы, пробираясь к трепещущему сердце.

— Не … звони…. Не надо! – вскидываясь. – Не звони. Я ничего не буду предпринимать. Только оставь меня. Уходи.

— Ладно, – удовлетворенный моими словами, пожимает Вадим плечами окидывая меня безразличным взглядом, покидает палату.

Тут же будто подстреленная валюсь на колени, зажимаю голову между рук реву от душевной боли. Крик рвется из легких глухой, надрывный.