Книга Грех прошлого, страница 6 – Юлия Рябинина

— Прокатить? – спрашиваю, выгибая бровь.

— Я не против прокатиться не только на твоей тачке, но еще и на… – она опускает взгляд чуть ниже моего ремня.

Бля, если бы не обещал ребятам пива… Но никогда не нарушаю своих обещаний.

— Только сначала заскочим в бар, – киваю ей на дверь своей малышки Ауди RS4.

Это моя вторая любовь, после одной суки, которую еле вырвал из сердца. Спасибо этой красавице. Любовно провожу рукой по крыше.

— Милый, жду тебя, – слышу голос из салона.

Сажусь за руль, снова смотрю на спутницу, она оглядывает меня похотливым взглядом. Черт, сколько этой дамочке лет?

— Ну что, долго еще будем в гляделки играть, малыш?

Сегодня будет жарко. Я аж вспотел. Хоть уже давно и не ребенок, но она на меня действует как-то очень зажигательно.

Я надавил педаль газа, и машина нас понесла по пустынной дороге.

— Как тебя зовут? – почему-то вдруг этот вопрос возник у меня именно сейчас, спустя столько времени.

— Ви, – ответила она улыбаясь.

А мое сердце пропустило удар, я сбросил скорость, а моя спутница, заметив перемену, озадаченно посмотрела на меня.

— В чем дело? Если тебе не нравится, можешь меня называть, как хочешь, я не обижусь.

Но я уже ее не слушал, в голове мелькали картинки из прошлого и четко остановились на том дне, когда я еще не думал, что моя Ви, которую я любил и которой был готов отдать без остатка всего себя и то, что у меня было на тот момент, так жестоко растопчет мои чувства.

Открываю входную дверь и вижу, как Виолетта мечется по квартире и собирает вещи.

— Мы переезжаем? – спрашиваю ее шуточным тоном.

Она, наверное, не ожидала меня увидеть так рано дома, поэтому застыла, как вкопанная, после моего вопроса. Поворачивается ко мне лицом и смотрит с таким пренебрежением, будто перед ней стоит не тот человек, который любит ее, и которого, по ее же словам, любит и она, а вонючий бомж с городской помойки.

— Переезжаю я, – отвечает.

— И куда, если не секрет? – все еще пытаюсь шутить.

— А знаешь…

Опять взгляд холодных синих глаз, теперь чужой, не родной совсем, да и вздернутый кверху подбородок меня как-то насторожил, что она задумала?

— Я решила, что нам нужно расстаться.

Вот как, она решила. Она решила, ни хрена не мы.

— А ты, может, спросишь у меня или хотя бы объяснишь, с чего ты, блядь, решила это за нас? – начинаю закипать я.

— А потому, что заколебалась я делить тебя с твоей истеричной мамашей, потому что заколебалась выслушивать от нее постоянный негатив в мою сторону! – она говорила на одном дыхании, наверное, боялась, что я это не так пойму, если она будет говорить с расстановкой. – И знаешь, что самое главное?

Я смотрю на нее вопросительно.

— Я тебя больше не люблю.

Задерживаю дыхание. Пять, десять, пятнадцать секунд, выдох.

— Забери свои слова обратно, – делаю к ней шаг, она вскидывает руку перед собой, второй достает телефон и нажимает какой-то номер.

— Слава, да, я. Я уже скоро. Да, – быстро говорит она, потом кладет трубку. – Если хоть еще шаг сделаешь, тебя порвут и размотают по кусочкам.

Она мне угрожает? Я останавливаюсь и не подхожу к ней не из-за угрозы, нет, я не могу понять, где моя Ви, и что эта незнакомая тварь делает в ее обличии?

Следом до меня доходит все то, что только что услышал. Слава?

— Какой Слава? – голос не мой. Подавленный какой-то выхлоп слов.