Книга Избранная для Драконов, страница 97 – Юлия Рябинина

Элизабет приблизилась к темной массе нежити настолько, что уже могла рассмотреть, как они выглядят. Мужские и женские силуэты смешались в грязи, измазанные чужой и своей кровью, обозленные и желающие убивать всех на своем пути. Элизабет остановилась в тот момент, когда кто-то заорал истошным криком, и этот ор смешался со звериным рычанием и воем. Разум Элизабет лишь на миг отпустила одержимость бесстрашия, и в этот момент тело пробил озноб ужаса. Она сделал шаг назад и уже готова была развернуться и кинуться обратно к Драконом, когда в голове, словно выстрел, прогремел могущественный голос ЗОВВы.

— Стоять! – продрал громкий глас горло Элизабет.

Ее голос взлетел над равниной, ударился будто о Небесный свод и упал вниз, останавливая движение темной массы. Нежить замерла, ища пустыми глазницами того, кто отдал приказ. А в это время Элизабет почувствовала, что ее тело наполнилось, словно сосуд, энергий Великой Стихийки.

– Мне нужно было преодолеть это расстояние до Древнего Хранилища так, чтобы Эрион не почувствовала раньше времени моего приближения, –услышала Элизабет в своей голове голос Великой ЗОВВы.– Теперь ты мне больше не нужна.

Щелчок, и Элизабет снова оказалась там, где можно было находиться в роли наблюдателя. Чувства ушли на второй план, и ей теперь нечего было бояться. Ей теперь ничего больше не подвластно.

* * *

Равнину вдруг накрыла стихия. Непогода свирепствовала и выла, подчиняясь желанию и силе Изначальной Стихийки. Она стояла на огненной земле, маленькая, тонкая, с распущенными светлыми волосами, находясь прямо в центре стихии. Ее окутывал Свет, будто плащом, рисовал солнечную дымку вокруг хрупкого тела и не позволял дотронуться до нежного стана мощным порывам непогоды. С небес непрерывными потоками хлестал дождь, а тяжелые надутые тучи беспрестанно разрезали острыми клиньями молнии, вбиваясь в массу нежити своими разрядами. ЗОВВа горела магической силой изнури. Распластав руки, она выпустила мощный магический разряд из самой середины Радужного Семицвета. Переливчатые волны радужным сиянием ударились в землю и, будто превратившись в полноводные реки, потекли в самую гущу мертвой нежити. Когда магическая сеть паутиной окутала огненную землю, по равнине пронеся тихий рокот, но дальше с каждой секундой он только нарастал и уже спустя минуту превратился в оглушительный дикий вой. Сияющая магия, скопившись в центре толпы мертвецов, взорвалась потоком живого света. Он охватывал своими объятиями каждую темную фигурку и проглатывал, накрывая собой. Не прошло и нескольких коротких мгновений, как ослепительная волна яркого света накрыла собой тьму, и этот миг мир погас. Глаза Элизабет перестали видеть. Она качнулась, но упасть не успела. Ее подхватили сильные руки и прижали истощенное магией тело к мускулистой груди.

— Элизабет, – голос Рафаэля ласкал слух, и девушка, распахнув ресницы, слабо улыбнулась.

— Профессор, – шепнула она слабым голосом, – как вы здесь оказались? Ведь купол вас не должен был выпустить?

— Куколка, поверь, братьев дос Аньёс не так легко запереть и обезоружить, – хмыкнул Габриэль из-за плеча брата.

Резкий порыв ветра обдал их мощным потоком. Рафаэль, развернувшись на пятках, встал к нему спиной, защищая Элизабет от смрадного пепла, которым тот был наполнен.