Книга Избранная для Драконов, страница 23 – Юлия Рябинина

— Не могу остановиться, Раф, – прорычал тот.

Обхватив зубами через ткань маленький сосок, он почувствовал, как тот твердеет, сжимается в бутончик.

— Останови, – хрипит мужчина уже не в силах остановиться сам, его пальцы ныряют в горячую глубину мокрого узкого лона, и тело Габа тут же простреливает сладостная молниеносная боль.

— Адские демоны! – осипшим голосом стонет мужчина и откидывается на спинку кресла, расслабляясь всем телом.

Девушка соскальзывает с его рук и оседает возле ног тряпичной куклой.

— Ты совсем рехнулся? – услышал он над собой голос брата и чуть приоткрыл веки, глядя сквозь щелки.

Взор затянула пелена, и образ Рафаэля был нечетким, расплывчатым, поэтому он не смог увидеть эмоций в его глазах, но чувствовал по голосу, что брат в бешенстве.

— Извини, друг, – прохрипел он и закрыл глаза, погружаясь во тьму.

— Ты сумасшедший, – пыхтел Рафаэль.

Граф почувствовал, как с его ступней исчезла тяжесть. Значит, профессор забрал свою студенточку. Ну, что ж, таким сокровищем и впрямь лучше не раскидываться. Эта стихийка просто находка. Конечно, жаль, что ее путь предначертан, а так бы она могла стать неплохим трофеем, занявшим определенный статус в их родовом замке.

Рафаэль практически не ощущал тяжести ноши, хоть девушка и лежала на его руках безвольной куклой.

Длинный темный коридор Академии подсвечивали огненные световики, выстроенные в одну ровную линию. Профессор торопился в медпункт, который был расположен на ярус ниже и занимал практически полностью цокольный этаж. Спускаясь на лифте, Рафаэль с тревогой заглянул в лицо Элизабет. Его все же волновал тот факт, что девушка до сих пор не приходила в себя. И как бы он хотел сейчас применить свою магическую силу, он не мог. В энергетическом поле здания, на которое была наложена защита, тут же будут зафиксированы колебания потоков посторонней магической силы, и завтра ректор Родарик непременно узнает, кто был виновником спокойствия в ночные часы в Академии. И начнутся бесконечные вопросы и разбирательства, а графам дос Аньёсам сейчас ни к чему лишнее внимание. Рафаэлю и так приходится подчищать за братом огрехи, которые тот совершает, напиваясь до бессознательного состояния. Рафаэль тяжело вздохнул. А перед глазами тут же предстала картина того, как сюда нагрянут ЧМПовцы, если еще узнают о том, что теперь на одну из студенток наложено заклинание Радужного Семицвет а. И в этот раз драконам может не сойти с рук махинация с применением запретной магии, как в прошлые разы.

Когда, наконец, профессор достиг своей цели, перед ним встала другая дилемма. Нужно было открыть дверь медпункта, да так, чтобы об этом никто не узнал.

— Будь неладна эта система безопасности, – выругался граф себе под нос.

Закрыв глаза, он глубоко вдохнул, сосредотачиваясь на внутренних ощущениях. Мощная вибрация прошлась по телу, порождая в груди невыносимое жжение. Профессор распахнул налившиеся тяжестью веки, и в вертикальных зрачках, которые практически полностью закрывала радужка, покрытая огненными брызгами, замерцала животная сила дракона.

— Тише, тише, – успокаивающе проговорил мужчина, – нам нужно лишь немного пламени, чтобы открыть дверь.

Внутренняя концентрация энергии на маленькой замочной скважине пару секунд, и выплеск энергии просочился в дверной замок, который, не выдержав и мига огненного натиска, звонко щелкнул и раскрылся.