Книга Ты не заслуживаешь любви, страница 124 – Татьяна Катаева

— Я так сильно тебя люблю, Даня… — шепчет, и её так трясёт, что эта дрожь мне передаётся, — что словами это… просто невозможно описать.

Я наклоняюсь к ней, касаюсь лбом её лба и на секунду позволяю себе просто выдохнуть. Просто позволить расслабить плечи и насладиться моментом. Самым счастливым. Так ведь девчонки всегда говорят? Вот и Даниил Ахматов, сын мафиози, сейчас растекается от нежности к самому дорогому человеку в мире.

Без войны. Без прошлого. Без боли.

Но этот момент быстро рушится. Нет, благо не стреляют. Ракеты не летают. И нас, вроде как, не похищают. Просто кто-то очень громкий врывается в наше пространство.

— Поля!!!

Резкий, надломленный крик разрывает тишину. Мы оба оборачиваемся.

Сбоку от нас из рук Ляха буквально вырывается Анжелика. Она бежит. Нет — летит.

И в следующую секунду врезается в Полину так сильно, что та едва удерживается на ногах. Я машинально придерживаю их обеих, чтобы они не упали. Вот же... буря, а не Ляхова.

— Живая… — Анжелика захлёбывается словами, затем и слезами. — Боже… ты живая…

Она цепляется за Полину, как утопающий за воздух, обхватывает её лицо ладонями, смотрит, будто не верит собственным глазам.

— Я не верю… не верю… — повторяет, всхлипывая. — Это не сон? Это правда ты?

Плотина у Полины тоже рушится. Она, не сдерживаясь, тоже рыдает. И смотрит на подругу так, будто только сейчас обрела что-то, что давным-давно потеряла.

Анжелика начинает целовать её — в щёки, в лоб, сбивчиво, жадно, будто пытается убедиться, что она настоящая, что не исчезнет.

— Ты живая… ты живая… — шепчет она, и в каждом слове столько боли, что даже у меня внутри что-то ломается. Потому перед моими глазами всплывает та самая картинка, когда мы столкнулись по две стороны дороги. Один пешеход. И двое людей, которые, казалось, уже никогда не смогут быть вместе.

И пока я сам ныряю в наши общие с Полиной воспоминания, Анжелика резко разворачивается к Никите.

— Ты знал?! — её голос срывается. — Ты, блядь, знал и не сказал мне?!

Лях за это время успел уже подойти к нам. Но даже руку для приветствия не успел мне протянуть. Потому что Анжелика начинает бить его по груди — не сильно, но отчаянно, срывая на нём всё, что накопилось.

— Как ты мог?! Как ты мог от меня это скрыть?!

Никита ловит её руки, пытается удержать, но делает это аккуратно, будто боится сломать.

— Лика, тише… — он говорит почти шёпотом, оглядываясь на нас. — Я сам узнал только неделю назад.

— Неделю?! — она снова срывается. — Ты неделю знал и молчал?!

Анжелика на шестом месяце беременности, и лишь поэтому Никита скрывал от неё правду. Слишком всё туманно было в нашем будущем. Я сам боялся лишний раз кому-то что-то говорить. А тут беременная и такая впечатлительная Анжелика.

— Ты и так не подарок, — бормочет Никита, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку. — А сейчас вообще…

— Я тебя убью! — всхлипывает она, но в голосе уже нет той злости. Только эмоции через край.

А потом, словно забыв о том, что только что грозилась убить мужа, она снова возвращается к Полине. Обнимает её крепко-крепко, будто больше никогда не отпустит.

— Господи… — шепчет. — Я думала, тебя нет… Я тебя хоронила… Понимаешь? Я стояла там и…

Голос ломается окончательно. Она снова начинает плакать, уткнувшись Полине в плечо. Полина гладит её по спине, сама дрожит, сама в слезах, но не отпускает.