Книга Беги, чтобы остаться, страница 30 – Ольга Новикова

— Вакуумная... — Лена зажала переносицу. — Арсений. Ты понимаешь, что это всё красивые слова, но они ничего не значат?

— Чем быстрее ты поймёшь меня, тем глубже станешь как художник. Видишь ли, твоя ошибка в том, что ты подошла к нему с эмпатией. А эмпатия — враг истинного понимания! Она заставляет тебя чувствовать, а не анализировать!

— Эмпатия — враг понимания, — Лена рассмеялась. — Арсений, ты слышишь себя?

— Леночка, я хочу бросить тебе вызов.

— Какой вызов?

Арсений достал из внутреннего кармана куртки сложенный лист бумаги формата А4 и развернул его перед ней.

Лена взяла лист и прочитала.

«Арсений Барсуков бросает вызов Елене Малининой!»

— Ты же художник, Леночка! Разве ты откажешься от возможности доказать, что твоя интерпретация верна?

— Моя интерпретация не нуждается в доказательствах! — Лена швырнула лист на пол. Мой проект закончен!

Арсений поднял лист, аккуратно разгладил его.

— Значит, ты отказываешься?

— Да!

— Понятно, — он задумчиво кивнул. — Тогда я просто создам свою работу. Один. И когда арт-сообщество увидит настоящую глубину этого феномена, твоя выставка будет выглядеть как милый студенческий проект.

— Ты манипулятор!

— Я художник, — ответил Арсений. — И я ищу истину. Если ты уверена в своей работе — докажи это. Разве это не то, что делают настоящие художники? Вся история искусства — это диалог интерпретаций. Один художник видит мир так, другой иначе. Они спорят через свои работы. Разве не в этом суть?

Лена смотрела на него и понимала, что спорить бесполезно. Арсений всегда был таким — убеждённым в собственной правоте, ослеплённым своими теориями, абсолютно глухим к аргументам.

Они учились вместе в Академии художеств. Он был звездой курса — талантливым, дерзким, готовым на любые эксперименты. Его дипломная работа «Пустота как материал» получила главную премию.

— Арсений, — сказала она. — Что ты собираешься делать? Денис кое-как согласился на мой проект, и то только потому, что я пообещала полную анонимность.

Арсений загадочно улыбнулся.

— Видишь ли, я работаю иначе.

— Как?

— Мне достаточно знать о феномене самое базовое — его суть. А дальше я конструирую художественную модель этой сути. Мне не нужны его реальные маршруты. Я создам универсальную карту избегания. Мне не нужны его фотографии. Я создам абстрактную фигуру вакуума.

— Так ты вообще не собираешься с ним взаимодействовать?

— Зачем? — Арсений пожал плечами. — Реальный Денис — это лишь одно из проявлений феномена. Я работаю с идеей.

Лена почувствовала облегчение.

С одной стороны, это означало, что Денис не пострадает от навязчивого внимания Арсения. С другой — это подтверждало всё, что она думала о его подходе. Он не видел людей. Только концепции.

— Хорошо, — произнесла она. — Допустим. Ты создашь свою «Вакуумную сферу» или как там ты её назвал. А я что, должна создать ответную работу?

— Если хочешь защитить свою позицию — да.

— А если я просто проигнорирую весь этот фарс?

Арсений задумался.

— Тогда через месяц моя выставка откроется. Арт-критики придут, увидят глубину моего подхода, сравнят с твоей работой и сделают выводы. — Он помолчал. — Леночка, я просто хочу показать, что есть более глубокий слой. И если ты действительно веришь в свой проект — ты не побоишься конкуренции.