Книга Нежная птаха для мрачного колдуна, страница 101 – Надежда Волгина

— Господин Модир!.. - дернулась было Жиль, но тот снова перебил ее.

— Я ничего тебе не сделаю, - слишком ровным голосом проговорил он и смотрел при этом так, что душу Жиль уже выворачивали нехорошие предчувствия. - Несколько слов напутствия, не более.

— Наверное, нам нужно уже идти...

— Ошибаешься, лоточница, в этом храме все решают духи. И к алтарю ты отправишься не раньше, чем они тебе разрешат...

Голос Модира завораживал. Голова Жиль кружилась все сильнее, а глаз она не могла отвести от его глаз, чувствуя, как все сильнее в них погружается, того и гляди уйдет в этот омут с головой. И совершенно не осталось сил сопротивляться ни его голосу, ни рукам, что с плеч спустились на спину, лаская ту легкими поглаживаниями. И, Богиня! Как же он близко! Непозволительно близко к той, кому предстоит вот-вот сочетаться законным браком.

— Знаешь ли ты, что я сейчас испытываю? Злость. Кипучую и жгучую. А интересно тебе, отчего так?.. - хотела бы Жиль ответить, что нет, она не желает знать о причинах его злости, что самой этой злости боится ужасно, но не могла произнести ни слова. Уста сковала чужая воля. - Потому что единственная женщина, которую я смог желать, достается другому. Все в тебе меня раздражает. Твоя видимая покорность и непреклонное упрямство внутри. Твоя смелость, которая граничит с безрассудством и глупостью. Твоя нежность, которая пропитывает меня, когда ты рядом, - голос его становился все тише, а глаза Жиль заволакивало слезами, которые не получалось даже сморгнуть. И она слушала его, не в силах не делать этого. - Твоя кожа, которой хочется касаться, - ладонь его легла на ее щеку, а вторая рука прижалась к затылку. - Твои глаза, взгляд которых я все время ловлю, и он заставляет дрожать меня, еще сильнее желать тебя... Эти губы... - совсем тихо произнес, склоняясь к лицу Жиль. - Если не поцелую их, то кажется, сойду с ума, не смогу жить дальше. Если это и есть любовь, то я отказываюсь от нее, потому что она меня медленно убивает...

Горячее дыхание коснулось лица Жиль. Глаза ее распахнулись, и слезы скатились по щекам, когда Модир прикоснулся к ее губам своими. Едва ощутимо скользнул по ним губами.

— Поцелуй меня, птаха, - глаза его горели каким-то внутренним светом, и в них тоже стояли слезы. - Всего один поцелуй. Подари мне его, чтоб воспоминания грели меня всю оставшуюся жизнь. Ты никогда не сможешь простить меня, как и полюбить. Но видит Богиня, со своей любовью к тебе я пытался бороться и потерпел поражение.

На этот раз он приник к ее губам в настоящем поцелуе: горячем, требовательном, не позволяющим не ответить. Жиль не понимала уже, в каком состоянии пребывает. Ей казалось, что еще миг, и она лишиться жизни от осознания того греха, что сейчас творился хоть и против воли, но с ее участием. И лишь слезы безостановочно струились по ее щекам, пока длился этот поцелуй.

Как-то так получилось, что оба они оглянулись на дверь, когда прервался этот поцелуй. Жрец застыл в дверном проеме и смотрел на них с непроницаемым выражением на лице. Щеки Жиль вспыхнули, как только смогла двигаться, когда власть Модира над ней закончилась. Тоска навалилась такой силы, что захотелось выть в голос. А еще лучше умереть прямо сейчас, чтобы не жить с этой тяжестью на душе и дальше.