Книга Когда размер имеет значение, страница 68 – Надежда Волгина

Она оглядывалась по сторонам, и Алексей догадался, что ее мысли текут в унисон с его.

Навстречу им уже спешила миниатюрная блондинка. Алексей гордился матерью, тем, как она выглядит в пятьдесят три года. Со вкусом одета, без излишней броскости, регулярно посещает парикмахера, освежая стильную короткую стрижку и подкрашивая корни волос. Она даже дома не позволяла себе ходить без легкого макияжа, говоря, что женщина, которая не следит за собой, прежде всего не уважает себя же. Как-то раз она пыталась внушить Лизе, что утро женщины должно начинаться с макияжа. По ее убеждениям, даже перед мужем неприлично появляться растрепанной, ненакрашенной, в неопрятной одежде. Не на ту напала. После того разговора, Лиза начала еще более небрежно относиться к своему внешнему виду, назло всем врагам, как догадался Алексей. Сейчас он не понимал, как мог так долго закрывать глаза на ее противопоставление себя всем и вся?

Он прижал к себе мать, а потом представил ее Милане.

— Милана, познакомься с моей мамой — Натальей Сергеевной.

— Очень приятно, — улыбнулась она и слегка покраснела, пожимая протянутую руку.

— Мне тоже приятно, милая, — вернула ей улыбку мама. — У вас очень красивое имя. Пойдемте в дом. Я там готовлю салаты, а Петя занят в гараже дровами для мангала. Леш, может, ты поможешь ему? А то руками он работает не так хорошо, как головой, — рассмеялась она. — А мы с Миланочкой поколдуем пока на кухне и познакомимся поближе.

Алексей понял, что Милана понравилась матери с первого взгляда, и испытал настоящий приступ счастья. Для него было важно, чтобы эти два родные ему человека нашли общий язык, прониклись взаимной симпатией. Когда Милана стала ему настолько близкой, он и сам не понимал, но отныне не мог думать о ней иначе. Скорее всего, случилось это уже давно, сначала только в его воображении. И лишь на вечере все стало на свои места.

Петр Вениаминович, второй муж мамы и профессор словесности, занимался странными манипуляциями с деревянными брусками, сваленными в кучу в углу гаража. Огромным ножом он пытался «распилить» один из них пополам вдоль, как раз в тот момент, когда его увидел Алексей. При этом он рисковал отрезать себе сразу все пальцы, а брусок все не поддавался.

— Мне кажется, топор сгодится лучше, — с порога заявил Алексей, сдерживая смех, стараясь говорить серьезно.

— А, Леха, здорово! — отчим выпрямился и вытер вспотевший лоб. Он протянул руку, которую Алексей с удовольствием пожал. — Я тут дрова заготавливаю… Что-то на углях не хочется. Хочу по старинке, разжечь костерок, погреться возле него… такие угли и пахнут по-другому.

— Давайте лучше я…

Алексей взял топор и принялся разрубать бруски на более мелкие. Отчим с удовольствием передал ему эстафету, с удобством устроился в пластиковом стуле и закурил.

— Маме не говори, я бросаю.

— Ага, я вижу, — усмехнулся Алексей.

С отчимом у него сразу завязались дружеские отношения. Ему нравился этот умный мужчина — гордость института, настоящий мастер словесности и наипростейший в общении человек. Он был старше мамы на десять лет, а выглядел еще старше рядом с моложавой женой, но они удивительным образом подходили друг другу. В глаза бросалась их духовная близость, и на внешнее различие уже не обращали внимания.