Книга У вас по графику влюбленность, босс!, страница 23 – Надежда Волгина

— Соколова, хватит ныть, — строго велела Надя своему отражению, сжав края раковины побелевшими пальцами. — Он твой босс. У него красавица-любовница. А ты обычная секретарша с кучей семейных проблем. Забудь о нём и живи дальше.

Отражение посмотрело на неё скептически. Карие глаза были полны грусти. Похоже, оно ей не поверило.

Умывалась Надя холодной водой, пытаясь привести себя в порядок. Проснуться вроде получилось, а вот прогнать тоску — не очень. Так она и поплелась на кухню, сразу из ванной.

Кухня встретила её привычным уютом и запахом свежезаваренного чая. Она тоже была маленькая, как и всё в этой квартире. Всего шесть квадратов, с выцветшими обоями в мелкую клеточку и старым кухонным гарнитуром ещё советских времён. Холодильник «Бирюса» гудел в углу, на подоконнике зеленели бабушкины фиалки в разномастных горшках.

За столом уже сидела вся семья. Мама разливала чай по чашкам. Бабушка накладывала всем кашу. А младшая сестра Вика листала что-то в телефоне, уткнувшись в экран.

— Ну что, Надюша? — придвинула бабушка старшей внучке чай с таким видом, будто от её ответа зависела судьба человечества. Её маленькие серые глаза блестели любопытством. — Босс твой был на корпоративе? Понравилось ему платье?

— Был. Сказал, что мне идёт, — заняла Надя своё место и честно попыталась изобразить равнодушие, но получилось не очень убедительно.

— Ага! — победно стукнула бабушка ложкой по столу, чуть не опрокинув солонку. — Я же говорила! Мужчины всегда замечают красивое платье! Не зря, значит, потратились. Деньги — пыль. Они для того и нужны, чтобы их тратить. А ты в этом платье… Ты была такая…

— Бабуль, у него есть любовница, — остановила Надя поток речи и откусила кусок бутерброда с колбасой. Показался он ей картонным и безвкусным. — Модель. Красавица такая, что глаз не оторвать.

Повисла пауза, во время которой бабушка что-то сосредоточенно обдумывала. Ну а все остальные, видно, ждали, что же она выдаст дальше.

— И что? — махнула бабушка рукой, на которой позвякивали старые золотые браслеты. — Любовница ещё не жена. Их меняют как перчатки. А вот жён… их выбирают сердцем!

— Мам, не забивай девочке голову! — вмешалась мама, бросив на бабушку предостерегающий взгляд. — Надя, милая, не надо влюбляться в начальников. Это всегда плохо заканчивается. У меня подруга Лена была влюблена в своего директора, так он…

— Мам, ну с чего ты взяла, что я влюблена? — слишком быстро, слишком резко возразила Надя. Сама же поняла, что выдала себя с головой.

Вика фыркнула в свою овсяную кашу.

— Да у тебя всё на лице написано! Ходишь как в тумане последнюю неделю, улыбаешься сама себе, вздыхаешь… Классика жанра! Всё с тобой ясно.

Надя схватила скомканную салфетку и запустила ею в сестру. Та увернулась, хихикая. Младшие сёстры — это наказание, честное слово. В детстве ты не можешь без неё выйти на прогулку, а когда вырастают, то начинают раздавать советы направо и налево и делать разные умозаключения, когда их не просят. Хорошо хоть сегодня воскресенье. Переделает все домашние дела, а там уже и вечер не за горами. Ну а завтра… Завтра снова рабочий день. И что же нового он ей принесёт?

Понедельник встретил Надю серым московским небом и моросящим дождём. Она ехала в метро, стоя в переполненном вагоне, зажатая между тучным мужчиной и девушкой с огромным рюкзаком, и повторяла про себя как мантру: «Я профессионал. Холодная и равнодушная. Я секретарь. Просто секретарь. Никаких чувств, никаких иллюзий».