Книга После развода. Осталась лишь ненависть, страница 37 – Алиса Верди

Я сажусь.

Открываю документы.

Надо заняться работой. Нужно проверить список поставщиков.

Две секунды — три — щелкаю мышкой…

Твою ж налево!..

Бью кулаком о стол.

Список поставщиков выглядит как древний манускрипт.

Мозг отказывается читать.

Но спасибо, Яна. Очень профессионально подорвала рабочий процесс.

Перед глазами стоят ее глаза.

Ее дрожащие пальцы.

То, как она вскочила, когда я подошел ближе.

Черт!

Если уж кто-то должен терять самообладание рядом, то это должна быть она.

Я же явно не справляюсь с ролью самоуверенного засранца.

Было что-то во всем этом…

Не знаю.

Опасное. Для меня опасное.

Триггерное.

Знакомое.

Так она смотрела на меня раньше.

Перед тем, как…

………!

Я сжимаю кулаки.

Она должна уйти из компании.

Так будет лучше для всех.

Для меня — точно.

Для нее — скорее всего тоже.

Рядом быть нельзя.

Слишком близко — и я не могу собраться.

И голова не соображает.

И тело помнит.

Слишком многое помнит.

Даже если она будет сидеть у себя в кабинете и не попадаться мне на глаза, это не поможет.

Потому что я все равно буду знать, что она рядом.

И это всегда будет выбивать меня из колеи.

Я не смогу. Я сорвусь. И в итоге, я сделаю ей только хуже.

А я не должен. Я и так уже.

Но увольнять ее я не буду.

Это было бы ударом ниже пояса.

Я уже однажды разрушил ее жизнь. Этого было достаточно.

Не имею права.

Пусть уйдет сама.

И станет легче.

Ей. Мне. Всем.

Да, это самый лучший вариант.

Пусть сделает шаг назад. Откатится. Пусть сама примет это решение.

Все логично.

Не думаю, что ей так уж нужна эта работа. Зарплата тут копеечная, должность у нее низкая.

Вообще не понимаю, что она тут делает.

С какого…

Нет, узнавать не буду. Дистанция, да.

Думаю, это чистое упрямство. Но я тоже упрямый.

И если для этого нужно вести себя как урод, то что ж…

Мне не впервой, верно?

Усмехаюсь и качаю головой.

Иронично.

Я делаю глубокий вдох.

Смотрю в экран.

И понимаю — я не помню ни одного слова из того, что она говорила на совещании.

Только слышал, как она дышала.

Как чуть дрожал ее голос, когда она сдерживалась.

Видел, как билась венка у нее на шее.

И как у нее дрогнули пальцы, когда я к ней подошел слишком близко.

И как вдохнул умопомрачительный запах ее волос, когда она вскочила со стула.

Я резко вскакиваю из-за стола.

Прекрасно.

Вот он — бизнес-титан, которого выбила из колеи одна женщина.

Одна.

Которой пять лет не было в моей жизни.

Подхожу снова к окну.

Смотрю вниз, на серые крыши.

Интересно…

Она все еще пьет этот мятный сладкий чай, который любила?

Она все еще накручивает волосы на палец, когда думает?

Она все еще морщит нос, когда слышит чушь?

Я закрываю глаза.

— Твою мать, — шепчу я себе же. — Соберись.

Холодная голова, Горан.

Ты же это умеешь.

Должен уметь.

Я смеюсь глухо, коротко.

Ну да.

Кому я вру?

Яна

Дверь кабинета закрывается за моей спиной, и я буквально вываливаюсь в коридор, нервно глотая воздух, будто только что всплыла после долгого пребывания под водой.

В ушах шумит.

Руки дрожат.

И в животе тот самый мерзкий узел, который появляется, когда тебя одновременно и задели, и разозлили, и выбили из равновесия.

Отхожу на пару шагов — и едва успеваю вдохнуть, как на меня уже налетают.

— Ну?! — Галин голос достаточно громкий, чтобы его услышали в кабинетах соседнего этажа. — Что он сказал?! Жива?! Он тебя не уволил?!