Книга Наперекор моим ошибкам, страница 63 – Дина Сдобберг

— Схемы бизнеса становятся всё мутнее, она уже почти в открытую перестают соблюдать хотя бы видимость законопослушного предпринимателя. — Добавил Влад.

— Зарвалась, — озвучил и так понятное всем собравшимся я.

— Она по-прежнему получала огромные суммы, как оплату госзаказов. Всё больше лицензий на отпуск рецептурных лекарств... Она была уверена, что благодаря покровительству Стерохина ей ничего не угрожает, — сел в кресло Сабир. — Документы вон, в папке. Судя по всему, аппетиты росли не по детски.

— И откаты соответственно тоже, — хмурился Тайгир. — Вот только мне сложно поверить, что эта женщина была дурой. А значит не могла не понимать, что не смотря на всю её верность, она всего-навсего канал получения бабок. И Стерохин получал свою долю, как я думаю, не малую, а отвечать за всю сумму предстояло ей. Смена способа обнала это залог безопасности получателя. Примерно по такой же схеме работают все барыги на трафике. Очевидно, что чем больше такой обналичник знает и чем больше через него прошло, тем болезненнее будет перекрытие этого канала.

— Ты же слышал, что в последнее время перед той истории мать Марины всеми силами и средствами пыталась перевести их отношения со Стерохиным на новый уровень, — напомнил Сабир.

— В родню пыталась попасть, — непонятно зачем уточнил я.

— Даже кровные узы не являются гарантией, — напомнил нам всем Тайгир.

— Она видимо считала иначе, — пожал плечами Сабир.

— А теперь начинается та часть истории, в которой принял участие ты, — взял слово Влад. — Где-то по осени, твоя тёща смогла ухватить невероятно крупный заказ. Фактически, она должна была обеспечить медикаментами все больничные склады юга. Так называемый больничный фонд. Те лекарства и прочие материалы, которые получают пациенты больниц.

— Пи@дец! — попытался я представить эту сумму. — А задница бы не порвалась? Она вообще что ли ох@рела? Тут какие объёмы поставок, склады хранения, откуда брать... И явно же, что за всё спросят! Даже я это понимаю.

— И не говори. Там наверное один откат в ярдах считался, — согласился Влад.

— Скорее всего, она просто не смогла отказаться. — Задумался Тайгир.

— Решили по максимуму качнуть напоследок, а потом слить. — Согласился с ним Сабир, куда больше меня понимавший во всех этих подковёрных играх.

— Кто там и что решил, мало интересно. Всё равно всё пошло по одному месту. — Продолжил Влад. — Кто с кем не поделился и какие там были договорённости теперь не узнать. Но внезапно началась серьёзная проверка. И не местная, то есть рычагов давления у Стерохина не оказалось. И соответственно, кто-то должен был за всё ответить, прикрыв при этом самого Стерохина. Кандидатов на эту роль было немного. Точнее, никого, кроме матери Марины. Её приняли за неделю до тебя. Ну, там и проверять особенно было нечего. А вот дальше, куча странностей. Ни тебя, ни самой Марины по делу не привлекали. Точнее, Марину якобы пригласили для опроса, но приняв во внимание, что мать и дочь давно не общались и отношения разорваны, не стали приобщать её показания к делу. По официальной версии, они никак не проясняли картину. О тебе и намёка нет.

— Да? А где же это я тогда так неудачно упал, что очнулся гипс, подгузник и жрать только кашку? — охренел от новостей я.

— Это у тебя надо спросить, где ты шаро@бился до выбитых зубов и сломаных рёбер. — Оскалился Влад. — Но, в те же самые даты, а точнее в ночь с субботы на воскресенье, в СИЗО скончалась мать Марины. Официально, причина смерти указана как обширный инфаркт. В связи со смертью главного подозреваемого дело закрыто. Да ещё и, вот дела, местная шпана давно баловалась поджогами. В этот раз очень неудачно подожгли здание аптечного склада, где в этот момент шла проверка поставок. Мать Марины утверждала, по материалам дела, что все медикаменты в полном объёме ждут отправки по больницам. Из-за пожара подтвердить или опровергнуть данную версию стало невозможно.